Матф. V, VI, VII. Обязанности христианина

__________________

  Матф.  V, VI, VII.  

  ОБЯЗАННОСТИ   ХРИСТИАНИНА,

  заимствованные  из  проповеди,

 которую Господь и Бог наш Иисус Христос говорил на горе Своим ученикам и народу,

 кратко объясненные по соображению с духом веры и

некоторые изречения и дела 

Св. Блаж. Отцев живших в 4-м и 5-м веках Христовой церкви преимущественно в странах Египта,

показывающие, как сии отцы

понимали и исполняли обязанности христианина,

заключающиеся в нагорной проповеди Иисуса Христа.

____ 

(Сказания об изречениях и делах Св. и Блаж. отцев избраны из Скитского Патерика).   

М., 1875

_____________________________

Cодержание:

Мф. 5
Мф. 6
Мф. 7

____________________________________

Предисловие

      В сей книге излагаются обязанности христианина, заимствованные из проповеди, которую Господь и Бог наш Иисус Христос говорил на горе Своим ученикам и народу  (Матф. V, VI, VII), кратко объясненные по соображению с духом веры; да учатся сим обязанностям, полюбят их и повинуются им те, которые желают идти путем, ведущим в Царство Небесное: и некоторые изречения и дела Св. и Блаж. отцев, живших в  Христианской Церкви преимущественно в странах Египта, как сии отцы понимали и исполняли обязанности Христианина, заключающиеся в нагорной проповеди Иисуса Христа; да соревнуют сим отцам, учатся у них и подражают им те,  которые желают наследовать Царство Небесное.

         _______

V, 3.    Будь нищий духом.

               

  Стяжи смиренномудрие, самоунижение, страх Божий, и молитвенное настроение духа.

1.   Не думай о себе, что ты имеешь что-либо доброе в себе или что делаешь что-либо доброе от себя; но сознавай и чувствуй, как и есть на деле, что у тебя нет ничего своего кроме греха, и потому:

2.  а) обвиняй себя во всем, б) почитай себя хуже всех, в) не хвались успехом в добрых делах, и не думай о своем каком-либо достоинстве, г) когда хвалят тебя другие, помышляй о грехах своих и признавай себя недостойным похвал, д) будь молчалив и терпелив, е) не старайся показывать себя отличным от других, ж) смирись вполне, т.е. отвергнись всего себя, – не имей ни своего ума, ни своей воли и действий.

3.     бойся суда Божьего и адских мучений, и

4.   никогда не оставляй сердца своего без молитвы, но делай так, чтобы оно всегда просило милости у Бога, ради Христа, славило и благодарило Его за Его дары.

    Помни, что нищим духом, т.е. смиренным, боящимся Бога и непрестанно молящимся душам Господь обещает царство небесное, начинающееся на земле посредством веры и надежды, совершающееся в будущей жизни посредством участия в блаженстве небожителей.

   Примечание. Для приобретения молитвенного настроения духа и для сохранения сего настроения часто молись молитвой Господней и прочими молитвами св. церкви, произнося их с вниманием и благоговением, и возбуждая в себе соответственные им чувства.

________________________________________________

1.  Авва Иоанн из Келлии говорил: должно прежде всего стяжать смиренномудрие, ибо это есть первая заповедь Спасителя. Блажени нищии духом, говорил он, яко тех есть царствие небесное.

Авва Ор говорил: венец христианина еcть смиренномудрие. Авва Исидор Пелусиот говорил: велика высота смиренномудрия и глубоко падение высокоумия.

Авва Антоний говорил: видел я однажды все сети врага, распростертые по земле, и со вздохом сказал: кто же избегнет их? но услышал глас, говорящий мне: смиренномудрие.

Однажды демон напал на Авву Макария с небольшим мечем, и хотел отсечь ему ногу. Но по причине смирения Аввы не мог сделать сего и сказал ему: все, что имеете вы, имеем и мы; одним только смиренномудрием отличаетесь от нас и побеждаете.

Брат спросил Авву Сисоя Петрейского о наставлении, которое дал ему Авва Сисой Фивейский. Старец отвечал ему: грешником я засыпаю, грешником и пробуждаюсь.

Авва Матой говорил: чем ближе человек к Богу, тем более сознает себя грешником. Пророк Исайя, увидев Бога, назвал себя окаянным и нечистым (Ис. 6, 5).

Он же говорил: когда я был юн, думал сам с собою: может быть я делаю что-нибудь доброе; а теперь, когда состарился, вижу, что я не имею в себе ни одного доброго дела.

Однажды демоны приступили к Авве Арсению в келье и смущали его. Прислужники его пришли к нему, и став вне кельи, слышали, как он взывал к Богу и говорил: Боже! не оставь меня; я не сделал пред Тобою ничего доброго, но даруй мне по милости Твоей положить начало.

Рассказывали об Авве Памво: приближаясь к смерти, в самый час кончины своей говорил он стоявшим около него святым мужам: с того времени, как, пришедши в эту пустыню, я построил себе келью, и поселился в ней; не помню, чтобы когда-либо ел я иной хлеб кроме приобретенного моими руками, и никогда не раскаивался в словах, которые говорил я когда-либо даже до сего часа. А теперь отхожу к Богу так, как бы еще не начинал служить Ему.

Рассказывали об Авве Сисое: пред смертью его, когда сидели около него отцы, лицо егo просияло как солнце. И он говорит отцам: вот пришел Авва Антоний. Немного после опять говорит: вот пришел лик Пророков. И лицо его заблистало еще светлее. Потом он сказал: вот вижу лик Апостолов. Свет лица его удвоился, и он с кем-то разговаривал. Тогда старцы стали спрашивать его: с кем ты, отец, беседуешь? Он отвечал: вот пришли Ангелы взять меня, а я прошу, чтобы на несколько времени оставили меня для покаяния. Старцы сказали ему: ты, отец, не имеешь нужды в покаянии. Он отвечал им: нет, я уверен, что еще не начинал покаяния. А все знали, что он совершен. Вдруг лицо его опять заблистало подобно солнцу. Все пришли в ужас, он говорит им смотрите, вот Господь…. Он говорит: несите ко мне избранный сосуд пустыни, – и тотчас предал дух, и был светел как молния. Вся храмина исполнилась благоухания.

2.  а) Авва Иоанн говорил: оставив легкое бремя, т.е. чтобы осуждать самих себя, мы понесли тяжкое, т.е. стали оправдывать самих себя.

Авва Пимен говорил со вздохом: все добродетели вошли в сей дом кроме одной, без которой едва ли устоит человек. Какая же это добродетель? спросили его. Самоосуждение, отвечал старец.

Блаженный Архиепископ Феофил посетил некогда гору Нитрийскую. К нему пришел Авва горы той. Архиепископ спросил его: что нашел ты, отец, лучшего на пути сем? Старец отвечал ему: постоянное обвинение и осуждение самого себя. А Авва Феофил говорит ему: нет другого пути кроме сего.

Авва Пимен говорил: мы подвергаемся столь многим искушениям, потому что не сохраняем своих имен и своего чина, как свидетельствует и Писание. Не видим ли, что жена Хананейская приняла данное ей имя, и Спаситель утешил ее (Матф. 15, 27 слд.)? Также Авигея сказала Давиду: во мне неправда моя (1 Цар. 25, 24), и Давид, выслушав слова, возлюбил ее. Авигея представляет душу, Давид – Бога: если душа (обвинит себя пред Богом, Господь возлюбит ее.

Он же повторял следующее изречение блаженного Аввы Арсения: велико могущество человека, если он обвиняет себя во грехах своих пред Господом и ожидает искушения до последнего издыхания.

Еще говорил: если человек во всем будет винить самого себя, то везде устоит.

Рассказывали об Авве Моисее: когда он был сделан клириком и облекли его в стихарь, Архиепископ сказал ему: вот ты теперь весь стал белым, Авва Моисей! (у древних стихарь обыкновенно употреблялся белого цвета) Он отвечал: о, если бы Владыко, и изнутри так же, как извне! Архиепископ, желая испытать Авву Моисея, сказал клирикам: когда взойдет Авва Моисей в алтарь, изгоните его, и идите за ним, чтобы услышать, что станет он говорить. Старец вошел, клирики начали поносить его, и выгнали, говоря: ступай вон, эфиоп! Старец, выходя, говорил самому себе: по правде с тобою сделано, чернокожий эфиоп: ты не человек, зачем же ходишь с людьми?

Три старца, услышав об Авве Сисое, пришли к нему, и первый говорит ему: – как мне избавиться от огненной реки? Старец не отвечал ему. Второй говорит ему: отец! как мне избавиться от скрежета зубов и червя неусыпающего? Третий говорил: Отец! что мне делать? Меня мучит воспоминание о тьме кромешной. Авва Сисой сказал им в ответ: я не помню ни об одном из сих мучений. Бог милосерд; уповаю, что Он сотворит со мною милость. Старцы, услышав сие, пошли от него со скорбью. Но Авва, не желая отпустить их в огорчении, воротил их и сказал: блаженны вы братья! Я позавидовал вам; один из вас говорил об огненной реке, другой о преисподней, третий о тьме. Если душа у вас проникнута таким воспоминанием то вам невозможно грешить. Что же делать мне жестокосердному, которому не дано знать, что есть наказание человекам? От того я каждый час и согрешаю. Старцы, поклонившись ему, сказали: что мы слышали, то и видим.

Один брат сказал Авве Феодору Фермейскому: я хочу исполнять заповеди. Старец отвечал ему: и Авва Феона также некогда говорил: хочу, при помощи Божьей, выполнить намерение мое. Принесши в пекарню муки, он испек из нее хлебы. Когда попросили у него бедные, он отдал им хлебы, когда попросили еще другие, отдал им корзины и одежду, которую носил, и взошел в келью свою опоясанный мафорием, а при всем том он осуждал себя  за то, что не исполнил заповеди Божьей.

б)   Авва Нил говорил: блажен из людей тот, который почитает себя хуже всех.

Брат говорил Авве Сисою: я замечаю за собою, что памятование о Боге всегда со мною. Старец отвечал ему на это: не важное дело, что ты размышляешь о Боге, но то важно – видеть себя ниже всякой твари, ибо такое уничижение и труд телесный приводят к смиренномудрию.

Брат спросил Авву Тифоя: какой путь ведет к смирению? Старец отвечал: путь к смирению есть воздержание, молитва и признание себя ниже всякой твари.

Авва Пимен сказывал: один брат спросил Авву Арсения: что значит уничижать себя? и старец отвечал: ставить себя ниже бессловесных и знать, что они не подлежат осуждению.

Авва Сисой просил Авву Ора: дай мне наставление. Имеешь ли ко мне доверенность? спросил его Авва Ор. Имею, отвечал Авва Сисой. Пойди же, сказал ему Авва Ор, и делай то же что, как видишь, делаю я. Что же вижу я в тебе отец? – спросил его Авва Сисой. Старец сказал ему: я почитаю себя ниже всех людей.

Авва Ор говорил: не помышляй в сердце своем против брата своего; не говори: я живу воздержаннее и строже его, а покорись благодати Христовой в духе нищеты и нелицемерной любви, дабы не пасть тебе от тщеславия и не погубить трудов своих. Ибо в Писании сказано: мняйся стояти, да блюдется, да не падет. Будь приправлен солию о Господе (1Кор. 10 12).

Авва Пимен говорил: если человек достигнет того состояния, о котором сказал Апостол: вся чиста чистым (Тит. 1, 15),то увидит, что сам хуже всякой твари. – Брат спрашивает старца: как могу думать о себе, что я хуже убийцы? Старец отвечал: если человек дойдет до состояния указанного Апостолом, и увидит человека, сделавшего убийство; то скажет: он однажды сделал сей грех, а я убиваю каждый день.

Брат спросил о том же предмете Авву Анувия, и пересказал ему слова Аввы Пимена. Авва отвечал: если человек дойдет до состояния такой чистоты, и увидит грехи брата своего, то праведность его поглотит их. Брат спросил: какая праведность его?

Старец отвечал: это – всегдашнее обвинение самого себя.

Авва Иаков сказывал: приходил я однажды к Авве Матою и, уходя от него, сказал ему, что хочу отправиться в Келлии. Авва Матой сказал: поклонись от меня Авве Иоанну. Я пришел к Авве Иоанну, и говорю ему: Авва Матой тебе кланяется. Старец говорит мне: да, Авва Матой воистину Израильтянин, в нем же лести несть. (Иоан.1, 44). Через год опять пошел я к Авве Матою и сказал ему поклон от Аввы Иоанна. Старец сказал мне: я недостоин приветствия от такого старца. Если услышишь, что какой-нибудь старец почитает ближнего выше себя, то знай, что он достиг уже великого совершенства. Ибо в том-то и состоит совершенство, чтобы предпочитать себе ближнего.

Рассказывали об Авве Пимене, что он никогда не хотел давать наставления своего после другого старца, но обыкновенно всячески восхвалял давшего наставление.

Рассказывали старцы, что однажды прислано было в Скит несколько мелких смокв, и юс, как ничего не стоящих, не послали к Авве Арсению, чтобы он не обиделся. Старец услышав об этом, не пошел в церковь и сказал: вы отлучили меня, лишив благословения, которое Бог послал братьям, и которого я не удостоился получить. Все, услышав о сем, получили пользу от смирения старца. После того пресвитер пошел, отнес ему смоквы, и с радостью привел его в церковь.

Брат пришел к Авве Матою и спрашивает его, почему живущие в Скиту более делают, чем велит Писание, любя врагов своих более, нежели себя? Авва отвечает ему: а я и того, кто любит меня, не могу еще любить как самого себя.

Один брат спросил Авву Пимена: почему демоны увлекают душу мою к тому, кто выше меня, и заставляют презирать того, кто ниже меня? Старец отвечает: потому, говорит Апостол, что в велицем дому не точию сосуды златы и сребрены суть, но и древяни и глиняни. Аще убо кто очистит себе от сих, будет сосуд в честь, освящен и благопотребен Владыце, на всякое дело благое уготован (2 Тим. 2, 20, 21).

в)   Авва Петр Пионитский говорил: не должно превозноситься, ежели Господь что-либо сделает чрез нас, но лучше благодарить Его за то, что мы удостоились призвания его. Полезно так думать при совершении всякаго добраго дела.

Авва Ксанфий сказал: разбойник был на кресте, и одним словом оправдался; Иуда был в числе Апостолов, и в одну ночь погубил весь труд свой, и с небес сошел в ад. Посему никто не должен хвалиться успехом в добрых делах. Ибо все уповающие на себя пали.

Авва Антоний говорил: я знаю монахов, которые после многих трудов пали и подверглись безумию, потому что понадеялись на свои дела.;

Авва Ор говорил: если прийдет к тебе помысл высокоумия и гордости, то испытывай свою совесть: все ли исполнил ты заповеди, любишь ли врагов своих, болезнуешь ли о их несчастиях и почитаешь ли себя рабом непотребным, грешнейшим из всех? Тогда не будешь гордо думать о себе, будто все исполнил. Притом, знай, что помысл гордости все разрушает.

Авва Пимен, говорил не думай о своем достоинстве, а прилепись к человеку, который хорошо живет.

Он же говорил: если будешь смиренно думать о себе, то найдешь покой везде, где бы ты ни был.

Разсказывали о матери Сарре: однажды демон блуда сильно восставал против нее, представляя ей суетные предметы мира. Сарра, вооружаясь страхом Божиим и подвигом, никак не уступала ему; и в один день взошла на верх дома своего молиться. Здесь дух блуда явился ей видимым образом и сказал: победила ты меня, Сарра! – Не я победила тебя, сказала она, но Господь мой Христос.

Авва Антоний услышал об одном молодом монахе, что сей сотворил на пути такое чудо: увидев некоторых старцев, которые путешествовали и от пути утомились, он велел диким ослам подойти и на себе нести старцев, пока дойдут до Антония. Старцы рассказали об этом Авве Антонию. А он отвечал им: монах этот, как мне кажется, есть корабль, полный груза; но не знаю, взойдет ли он в пристань. Спустя несколько времени, Авва Антоний вдруг начал плакать, рвать на себе волосы и рыдать. Ученики спросили его: о чем плачешь Авва? Старец отвечал им: сейчас пал великий столп церкви! — Это он говорил о молодом монахе. — Но пойдите сами к нему, продолжал он, и посмотрите на случившееся! Ученики идут и находят монаха сидящим на рогоже и оплакивающим сделанный грех. Увидев учеников старца, монах говорил им: скажите старцу, чтоб он умолил Бога дать мне десять дней жизни, и я надеюсь очистить грех свой. Но не прошло и пяти дней, как он скончался.

Один брат жил вне села своего, и в продолжении многих лет не входил в село. Он говаривал братиям: вот уже сколько прошло лет, и я не входил село, а вы так часто туда ходите. Сказали о нем Авве Пимену. Старец отвечал: я пошел бы ночью и кругом обошел село, чтобы не тщеславиться мыслью, что не хожу в село.

В одно время пришли к матери Сарре два старца, великие отшельники Пелузские. Отходя от нее, сказали они друг другу: поучим старицу смирению. И говорят ей: смотри, не превозносись умом твоим и не говори: вот и отшельники ходят ко мне — женщине. Мать Сарра отвечала им: я женщина по телу, а не по уму.

Авва Пимен рассказывал об Авве Исидоре: помыслы говорили ему: ты великий человек! Но Авва Исидор отвечал: неужели я подобен Авве Антонию? или я сравнился с Аввою Памво или с другими отцами, благоугодившими Богу? Говоря так, он успокаивался.

Некогда Авва Матой отправился из Раиса в страну Магдолов. С ним был брат его. Там епископ задержал старца и сделал пресвитером. Однажды беседуя друг с другом, епископ сказал Авве: прости меня, Авва! знаю, что ты не желал быть пресвитером, но я осмелился это сделать, дабы получить от тебя благословение. Старец сказал ему со смирением: в сердце у меня было небольшое желание, но вот что меня затрудняет: я должен расстаться с братом своим, а один не могу исполнить всех молитв. Епископ сказал старцу: ежели ты знаешь, что он достоин, я рукоположу и его. Авва Матой отвечал: достоин ли он, я не знаю. Одно только знаю, что он лучше меня. Епископ рукоположил и брата его. Но оба они почили, не приступив к престолу для совершения Евхаристии. Старец же говорил: верую в Бога, что я не подвергнусь великому осуждению за то, что по рукоположении ни однажды не совершал литурии; ибо рукоположение есть достояние людей чистых.

г)  Авва Иаков говорил: кого хвалят, тот должен помышлять о грехах своих и признавать себя недостойным похвал.

Авва Пимен сказывал: некогда старцы сидели за обедом. Авва Алоний стал услуживать им. Старцы, видя это, похвалили его, но он ничего им не отвечал. После один из них наедине спрашивает его: почему ты не отвечал на похвалы старцев? Авва Алоний говорит ему: если бы я отвечал им, то показалось бы, будто я почитаю себя достойным похвалы.

Однажды по какому-то делу было собрание в Келлиях и Авва Евагрий говорил тут. Пресвитер говорит ему: мы знаем, Авва, что если бы ты жил на своей стране, уже давно бы мог быть епископом и начальником над многими, а теперь ты сидишь здесь, как странник. Авва Евагрий, хотя был тронут сим, но не смутился, и кивнув головой сказал ему: точно так отец! но единою глаголах, вторицею не приложу. (Иов. 39, 35).

д)  Брат спросил Авву Сисоя: что мне делать? Авва отвечает: нужное для тебя дело – совершенное безмолвие и смирение. Ибо в Писании сказано:блаженны все пребывающий в Нем (Ис. 30, 18). Тогда ты можешь устоять.

Авва Иоанн спросил: кто продал Иосифа? Один брат отвечал: братья его. Не братья, сказал старец, но смирение его продало его; ибо мог говорить, что он брат их, мог противоречить; но он молчал и по смирению продал себя. И смирение поставило его в Египте правителем.

е)  Авва Мотий говорил одному брату: где ни будешь жить, иди со всеми наравне, и что увидишь, делают люди благочестивые, в которых ты уверен, и сам то делай. В том и состоит смирение, чтобы не отличаться от других.

ж)  Авва Моисей сказал некогда брату Захарии: наставь меня, что мне делать? Захария, услышав, повергся на землю к ногам его и сказал: тебе ли спрашивать меня, отец! Старец отвечал ему: поверь мне сын мой Захария,- я видел Духа Святого, сходящего на тебя, и это заставляет меня спросить тебя. Тогда Захария снял со своей головы кукуль, положил его иод ноги, и попирая его сказал: ежели не сокрушится таким образом человек, не может быть воином Христа.

3.   Авва Иоанн Колов говорил: смиренномудрие и страх Божий выше всех добродетелей.

Авва Пимен говорил: человеку так же необходимо иметь смиренномудрие и страх Божий, как необходимо дышать воздухом.

Авва Антоний говорил: всегда имей страх Божий пред очами. Помни того, Кто мертвит и живит (1 Цар. 2, 6).

Авва Пимен сказывал: Авва Антоний говорил об Авве Памво: имея страх Божий, он устроил в себе обитель для Духа Божия.

Авва Иаков говорил: как светильник, поставленный в темной ложнице, освещает ее, так и страх Божий, когда вселяется в сердце человека, просвещает его и научает всем добродетелям и заповедям Божиим.

Авва Серапион говорил: как воины, стоя пред царем своим, не могут уклониться ни направо ни налево, так и человек, если стоит пред Богом и каждый час взирает на Него со страхом, не может страшиться своего врага.

Авва Евагрий говорил: помни всегда об исходе твоем, не забывай вечного суда, и не будет греха в душе твоей.

Авва Сисой говорил: если душа наша проникнута воспоминанием об огненной реке, о преисподней и тьме, скрежете зубов и черве неусыпаемом, то нам невозможно грешить.

Один брат просил Авву Аммона: скажи мне что-нибудь в наставление. Старец отвечает ему: поди, имей такие мысли, какие имеют преступники, находясь в тюрьме. Они всегда спрашивают других: где судья? когда он придет? — и плачут от ожидания. Так должен и ты непрестанно внимать и обличать, душу свою, говоря,- увы мне! как я предстану на суд Христов, и чем буду оправдываться пред Ним? Если всегда будешь так размышлять, можешь спастись.

Авва Агафон сказал: человеку должно каждый час размышлять о суде Божием.

Авва Илия говорил: я боюсь трех событий: когда душа моя будет выходить из тела, когда предстану Богу, и когда будет произнесено последнее определение о мне.

Авва Феофил Архиепископ, приближаясь к смерти, говорил: блажен ты, Авва Арсений, что всегда помнил о сем часе.

Он же говорил: какой увидим мы страх и трепет и какую нужду, когда душа будет разлучаться с телом! Тогда прийдут к нам сильное воинство противных сил, князья тьмы, злобные миродержатели, начальства, власти духа злобы, и некоторым образом по праву овладеют душою, представляя ей все грехи, сделанные в ведении и неведении, от юности до конца жизни. Предстанут ей и обличат все дела ее. Кроме того, каким ты думаешь трепетом объята бывает душа в то время доколе не произнесется над нею приговор и не совершится ее освобождение? Это есть время тесноты ее, пока не узнает она, что будет с нею. Далее лицом к лицу с силами противными стоят Силы божественные, и со своей стороны выставляют благие дела ее. Подумай же, какой трепет и страх мучат душу, находящуюся среди оных сил, пока суд над нею не будет решен Праведным Судьею. Если душа окажется достойной, то бесы посрамляются и она восхищается Ангелами. Тогда наконец душа успокаивается, и будет жить по Писанию: яко веселящихся всех жилиище в Тебе (Пс. 86,7). Тогда исполняются слова Писания: отбеже болезнь, печаль и воздыхание (Пс. 35,10). Тогда освободившаяся душа восходит в ту неизглаголанную радость и славу, в которой и водворится. Если же душа будет застигнута в беспечной жизни, то услышит оный ужасный глас: да возьмется нечестивый, да не видит славы Господни (Ис.26,10): тогда постигнет ее день гнева, день скорби, день тьмы и мрака. Преданная во тьму кромешную и осужденная на вечный огонь, она будет терпеть наказание в бесконечные веки. Где будет тогда радость мирская? где тщеславие? где роскошь? где наслаждение? где хвастовство? где нега? где пышность? где богатство? где благородие? где отец? где мать? где брат? Кто может избавить от сих мук душу, горящую в огне и терпящую ужасные мучения? Если так, то как свято и благочестиво должно быть наше житье? какую любовь должны стяжать мы? какова должна быть наша жизнь? каково обращение? какое шествие? каково должно быть наше прилежание? какова молитва? какое постоянство? Ибо сих чающе, говорит Алостол, потщимся нескверни и непорочни к тому обрестися в мире (2 Петр. 3,14), чтобы удостоиться нам услышать глас Господа, говорящего: прийдите благословеннии Отца Моего, наследуйте уготованное вам царствие от сложения мира (Матф. 25, 34) во веки веков. Аминь.

          _______

V, 4.    Будь плачущий.

   Сокрушайся сердцем своим и имей действительные слезы о себе и о других, что несовершенно и недостойно служим Богу и даже заслуживаем гнев Его своими грехами.

  Помни, что за такой плачь Господь обещает благодатное утешение, состоящее в прощении грехов и мире совести.

 Примечание. Для приобретения и сохранения сего спасительного плача, утром и вечером давай себе отчет в том, какие дела сделал ты из числа тех, которых требует от нас Бог, и каких не сделал из числа тех, которые Бог запрещает. Так проводи всю свою жизнь.

_________________________

Авва Евпрепий говорил: страх и смирение, лишение в пище и плачь никогда не должны, оставлять тебя.

Брат просил Авву Матоя: дай мне наставление. Старец сказал ему: не входи в состязание ни о каком предмете, но плачь и сокрушайся, ибо время близко.

Брат спросил Авву Пимена: что мне делать? Старец отвечал ему: Авраам, когда пришел в землю обетования, купил себе место для погребения, и через гробницу наследовал землю. Что же значит эта гробница? сказал брат. Старец отвечал: место плача и рыдания.

Брат спросил Авву Пимена: что мне делать с грехами своими? Старец отвечал: кто хочет очистить себя от грехов, очищает себя слезами; и желающий стяжать добродетели, стяживает, их слезами. Ибо плач есть путь, указанный нам Писанием и отцами нашими, которые говорили: плачьте, кроме сего пути нет другого,

Сказывали об Авве Арсении, что во все время жизни своей, сидя за рукоделием, он имел платок на груди, по причине слез, падавших из очей его. Авва Пимен, когда услышал, что он почил, прослезившись, сказал: блажен ты, Авва Арсений, что оплакал себя в здешнем мире! Ибо кто здесь не плачет о себе, тот вечно будет плакать там. Итак необходимо плакать или здесь добровольно, или там от мучений.

Авва Даниил сказывал, что ресницы выпали у Аввы Арсения от слез.

Когда приблизилась кончина Аввы Арсения, братия увидели, что старец плачет. Они говорят ему: правда ли, что и ты, отец, страшишься? Он отвечал им: правда — настоящий мой страх всегда был со мною с того самого времени, как я сделался монахом. И таким образом он почил.

Рассказывали об Авве Оре и Авве Феодоре: однажды, бросая глину на келью, они сказали друг другу: что, если теперь посетит нас Бог? что мы станем делать? Заплакав, они оставили глину, и удалились каждый в свою келью.

Некогда старцы из Горы послали в Скит к Авве Макарию просить его к себе. Посланные говорят ему: чтобы не скучать тебе, во множестве приходя к тебе порознь, просим тебя, прийди ты сам к нам, дабы нам видеть тебя прежде отшествия твоего к Господу. Когда Макарий пришел в Гору, собралось к нему все множество братии. Старцы просили дать наставление братии. Макарий, выслушав просьбу, сказал: восплачем, братия; очи наши да проливают слезы прежде, нежели отойдем туда, где наши слезы будут жечь тела наши. И все зарыдали, пали на лица свои, и сказали: отче! помолись о нас. Авва Силуан, беседуя однажды с братией, пришел в исступление и пал на лицо свое. Долго лежал на земле, потом встал и начал плакать. Братья спросили его: что с тобою, отец, сделалось? Он молчал и плакал. Когда же братья принудили его говорить, сказал: я восхищен был на суд, и видел, что многие из нашего сословия шли в муку, а многие из мирян шли в царствие небесное. Старец продолжал плакать, и не хотел выходить из кельи своей. Если принуждали его выходить, всегда закрывал лицо свое кукулем, и говорил: зачем же смотреть на этот временный свет, от которого нет мне никакой пользы.

Рассказывали об Авве Сисое: когда он сделался болен, сиживали у него старцы а с некоторыми он разговаривал. Старцы спрашивают у него: что ты видишь, Авва? Вижу, отвечал он, что идут за мною, и прошу их, чтобы дали мне несколько времени на покаяние. Один из старцев говорит ему: если и дадут тебе несколько времени, можешь ли теперь принести спасительное покаяние? Хотя и не могу сего сделать, — отвечал старец, но поплачу несколько о душе моей,-и сего довольно для меня.

Авва Павел Великий говорил: я погряз по самую шею в тину, и плачу пред Богом, взывая: помилуй меня.

Об одном Авве Аполлоне, жившем в Скиту, рассказывали следующее: он был грубый пастух; находясь в поле, увидел жену свою, которая была беременна, и по внушению дьявола сказал: хочу видеть, как лежит младенец в чреве ее. Расторгнув ее, он увидел младенца. Но тотчас же совесть стала мучить его: в сокрушении пришел он в скит и рассказал отцам о своем деле. Тут услышал он, что отцы поют: дние лет наших, в них же семьдесят лет, яще же в силах осмьдесят лет и множае их труд и болезнь (Пс. 89,10). Мне сорок лет, сказал он, и я не разу не молился; а теперь если проживу другие сорок лет, непрестанно буду молиться Богу, да отпустит мне грех мой. И он не занимался никаким рукоделием, но всегда молился, говоря: аз яко человек согреших, Ты же яко Бог, помилуй меня. В сей молитве проводил день и ночь. С ним жил один брат и слышал, как он говорил: тяжко я оскорбил Тебя, Господи, но прости мне, чтоб я хотя несколько успокоился. Он получил уверение, что Бог простил ему все грехи его и даже убийство жены. Но о младенце ничего не было открыто. Один из старцев сказал ему: Бог простил тебе и убиение младенца, но Он оставляет тебя в томлении, ибо это полезно душе твоей.

Авва Павел Простой, ученик св. Антония, рассказывал отцам о следующем событии: однажды пришел он в монастырь для посещения ц ради пользы братии; после обыкновенных, взаимных приветствий они пошли в св. Божью церковь для совершения обычной службы. Блаженный Павел внимательно смотрел на каждого входящего в церковь, с каким кто расположением души приходил к службе. Ибо он имел такую благодать, данную ему от Господа, что в каждом видел какова душа его, как мы друг у друга видим лица. Все входили со светлым взором и веселым лицом; с каждым шел Ангел, радуясь о нем. Но увидел он одного брата мрачным, все тело у него было черно; с обеих сторон держали его демоны, и влекли за собою, надевая намордник на лицо его; а св. Ангел шел поодаль с печальным и поникшим взором. Павел прослезился, и сидя у церкви ударял себя в грудь и горько оплакивал того, кого он видел в таком жалком состоянии. Братья, увидев такую необычайную и внезапную перемену старца, его скорбь и слезы, убеждали его сказать: от чего он плачет: думали, не плачет ли он, заметив в них какой-нибудь порок общий. Упрашивали его идти с ними к службе; но Павел, отвергнув их, молча сидел вне церкви и горько плакал о том, кого он видел в таком жалком состоянии. Спустя немного, когда кончилось служение и все выходили, Павел опять внимательно смотрел на каждого, желая узнать, в каком состоянии выходят из церкви; и вот видит, выходит из церкви брат, который прежде был мрачен и имел все тело черное; теперь лицо его светло, тело бело, демоны идут за ним издали, а св. Ангел идет рядом с ним, и светло радуется о нем. Павел воспрянул от радости, и, благословляя Бога, взывал: о, неизреченное Божье человеколюбие и благость! Он побежал, стал на высокой лестнице и громким голосом восклицал: прийдите и видите дела Божия, как они страшны и дивны! (Пс. 45, 9) – Прийдите и видите Того, Иже всем человеком хощет спастися и в разум истины придти (1 Тим. 2, 4).Прийдите поклонимся и припадем (Пс. 94, 6) Ему и скажем: Ты один можешь отпускать грехи! Братья с поспешностью сбежались, желая слышать, что говорить Павел. И когда собрались все, Павел разсказал, что открыто было ему при входе в церковь и что после того. Он просил брата открыть причину, почему Бог внезапно благоволил сделать с ним такую перемену. Изобличенный Павлом брат, откровенно перед всеми исповедал дела свои. Я, говорил он, человек грешный, с давнего времени и доселе предавался блудодеянию. Вошедши ныне в святую Божию церковь услышал я слова св. Пророка Исайи или лучше слова самого Бога, говорящего через Пророка: измыйтеся и чисти будите, отъимите лукавства от душ ваших пред очима Моима, научитеся добро творити; и аще будут грехи ваши яко багряное, яко снег убелю, и аще хощете и послушаете Мене, благая земли снесте (Ис. ,15-19). Я блудник, продолжал он, пораженный до глубины души словами Пророка, сокрушаясь в сердце, сказал Богу: о Боже! пришедый в мир грешники спасти (1 Тим. 1, 15) исполни и на мне грешном и недостойном то, что Ты обещал ныне через Пророка Твоего. Вот отныне даю Тебе слово, что впредь не буду жить Тебе с чистой совестью! Ныне, Владыка, от сего часа прими меня кающегося Тебе и обещающегося удаляться от всякого греха! С такими обетами, говорил брат, вышел я из церкви, положив в душе своей не делать более ничего худого пред Богом.

Об Авве Иоанне Колове рассказывали: у одной юной девицы умерли родители, и осталась она сиротой. Имя ей Паисия. Вздумала она в доме своем сделать странноприимницу для отцов скита. Она жила так не мало времени, принимала отцов и служила им. Со временем истощилось ее имущество и она начала нуждаться. Сблизились с нею развратные люди и совратили ее с доброго пути и после того она стала жить худо так, что дошла до блудодейства. Отцы услышали об этом и очень опечалились, Призвали они Авву Иоанна Колова и говорят ему: мы слышали о той сестре, что она живет худо. Когда могла, она оказывала нам любовь свою; а теперь мы окажем ей свою любовь и поможем ей. Потрудись сходить к ней и по мудрости, дарованной тебе от Бога, устрой ее состояние. Авва Иоанн пошел к ней и говорит старухе, придвернидще: скажи обо мне своей госпоже. Старуха отказывала ему, говоря: вы прежде обедали у нее, а теперь она уже бедна. Авва Иоанн отвечал ей: скажи госпоже: я много могу помочь ей. Слуги ее, насмехаясь над старцем, спрашивали его: а что ты можешь дать ей, домогаясь так видеться с нею? Старец отвечал: почему вам знать, что я хочу дать ей? Старуха пошла и сказала о старце госпоже своей. Девица сказала ей: сии монахи всегда ходят около Красного моря и находят жемчужины. Потом, нарядившись, сказала придвернице: впусти ко мне старца. Когда старец вошел, девица, приняв его, села на ложе. Авва Иоанн, приблизясь, сел подле нее и, внимательно смотря в лицо, сказал: что худого нашла ты в Иисусе, что дошла до такого состояния? Девица, услышав это, вся побледнела. Авва Иоанн, преклонив свою голову, начал сильно плакать. Девица говорит ему: что ты плачешь, Авва? Старец поднял голову, а потом опять наклонился и, рыдая, говорит ей: вижу, что сатана играет лицом твоим: как же мне не плакать? Услышав это, девица говорить ему: есть ли, Авва, для меня покаяние? Есть, отвечал он. Веди же меня, куда ты хочешь, сказала девица. Пойдем, отвечал старец. Она встала, чтобы следовать за ним. Авва Иоанн удивился, заметив, что девица не сделала никакого распоряжения и даже ни слова не сказала о своем доме. Когда пришли они в пустыню, наступил вечер. Авва сделал небольшое возглавие из песка для девицы, и перекрестив оное, говорить ей: усни здесь. В малом расстоянии от нее и для себя сделал такое же возглавие, и, окончив молитвы свои, уснул. Проснувшись в полночь, он видит светлый путь, простиравшийся с неба до самой девицы, и видит Ангелов Божиих, которые возносили душу ее. Встав, подошел к девице и толкнул ее ногой. Когда узнал, что она умерла, повергся лицом на землю и молил Бога. И был ему глас, что один час покаяния ее принят лучше покаяния многих, долго кающихся, но не показывающих такой горячности в покаянии.

Сказывали, что келья Аввы Арсения отстояла от общежития на тридцать две мили. Он редко выходил из нее, потому что другие прислуживали ему. Когда же скит был опустошен, он вышел из кельи, и со слезами сказал: мир погубил Рим, а монахи погубили скит.

Блаженной памяти Афанасий Архиепископ Александрийский просил Авву Памво из пустыни прийти в Александрию. Авва, пришедши в город, увидел там актрису и заплакал. Бывшие с ним спросили его: отчего он заплакал? Старец отвечал: две вещи тронули меня: во-первых погибель этой женщины, а во-вторых то, что я не имею столько ревности делать угодное Богу, сколько имеет эта женщина, чтобы угождать развратным людям.

Отцы сказывали: однажды, когда Братья ели на вечери любви, один брат рассмеялся за столом. Авва Иоанн увидел его, заплакал и сказал: что это у брата на сердце, что он рассмеялся, когда ему надлежало бы лучше плакать, потому что ест милостыню?

Рассказывали об Авве Памво, что никогда не было улыбки на лице его. В один день демоны, желая рассмешить его, привязали к дереву перо и несли его с большим шумом и восклицаниями. Видя их Авва Памво рассмеялся. Демоны начали торжествовать, крича: э! а!

Памво засмеялся. Не смеялся, отвечал он им, а осмеял ваше бессилие: столько вас и вы несете одно перо!

Авва Нистерой Великий говорил: христианину должен быть чужд смех.

        _______

V, 5.   Будь кроткий.

 1)  Будь тих, молчалив, уступчив;  2)  будь доволен своим жребием, и 3)  послушлив.

 Помни, что за кротость Господь обещает наследие, по выражению Псалмопевца, на земли живых. (Пс. 26, 13) – там, где живут и не умирают, вечно радуются с Божественным Агнцем Иисусом Христом.

_______________________________________

1.  Авва Пимен говорил: если будешь молчалив, то найдешь покой везде, где бы ты ни жил.

Один брат, живущий с другими братьями, спросил Авву Виссариона: что мне делать? Старец отвечал ему: молчи и не меряйся с другими.

Брат спросил Авву Матоя: дай мне наставление. Авва Матой между другими наставлениями сказал ему: если кто будет говорить о каком-либо деле, не спорь с ним; ежели он говорить хорошо, скажи: так; а ежели не хорошо, то скажи: сам знаешь, что говоришь. Не спорь с ним о том, о чем, он говорит.

Авва Пимен говорил об Авве Нистерое: как медный змей, сделанный Моисеем исцелял народ, так и сей старец: он полон был силы и молча врачевал всех.

Авва Пимен спросил Авву Нистероя: как он приобрел такую силу, что какая бы напасть ни случилась в монастыре, всегда молчал и не вмешивался в дела. Авва отвечал: прости мне, Авва! — в самом начале, когда пришел в эту Киновию, сказал я самому себе: подражай ослу. Как осел терпит побои, и не говорит, слышит брань и ничего не отвечает: так делай и ты, как говорит Псалом:. скотен бых у Тебе, и аз выну с Тобою (Пс. 72, 22).

2.  Авва Пимен говорил: не воин Христов тот, кто жалуется на жребий свой.

Один брат спросил Авву Пимена: как должно мне жить? Старец между другими наставлениями сказал ему:  надобно везде, где бы ни случилось быть тебе, подавлять в себе недовольство.

Брат пришел к Авве Пимену и спрашивает его: что мне делать? Пойди, сказал ему старец, сблизься с тем, который говорит: чего более желать мне? – и найдешь покой.

Авва Ор говорил: в каком бы искушении ни был ты, не жалуйся ни на кого, кроме себя, и говори: это случилось со мною по грехам моим.

 3.  Пришли однажды к великому Памво из скита четыре брата, одетые в кожу, и каждый из них рассказывал ему о добродетели другого. Один постился много, другой был нестяжателен, третий стяжал великую любовь, о четвертом они говорили, что он уже двадцать два года прожил в повиновении старцу. Авва Памво отвечал им: скажу вам, что выше всех добродетель последнего: каждый из вас по своей воле приобрел ту добродетель, которую имеет, а сей, отвергшись своей воли, исполняет волю другого. Такие люди подобны исповедникам, — если они до самого конца пребудут в послушании.

Рассказывали об Авве Силуане: однажды прогуливаясь в скиту со старцами, захотел он показать им послушание ученика своего Марка (за что он любил его). Увидев небольшого вепря, старец сказал Марку: видишь ли ты, сын мой, этого малого буйвола? — Вижу, Авва, — отвечал он. Как хороши у него рога! Так, Авва, сказал Марк. Старцы подивились ответу его, и назидательно было для них послушание его.

Авва Сисой рассказывал: Авва Ор и Авва Аоре жили в большом согласии до самой смерти. Авва Аоре имел великое послушание; Авва Ор великое смирение. — Провел я у них несколько дней, наблюдая за ними и увидел я весьма чудное дело, которое сделал Авва Аоре. Кто-то принес им небольшую рыбу. Авве Аоре хотелось приготовить ее для старца; он разрезал ножом рыбу, как вдруг позвал его к себе Авва Ор. Аоре оставил нож в рыбе и не стал дорезать остального. Я подивился его великому послушанию, почему он не сказал: подожди немного, пока я разрежу рыбу. Я спросил его: Авва Аоре! откуда ты приобрел такое послушание? Это не мое, отвечал он, а старца. Потом он взял меня и сказал: пойди, посмотри, каково его послушание. Он сварил немного рыбы и, нарочно испортив варево подал его старцу. Старец ел, не говоря ни слова. Аоре спросил его: хорошо ли, старец? Весьма хорошо, отвечал Авва Ор. — Потом Авва Аоре принес ему несколько рыбы весьма хорошо приготовленной, и сказал ему: испортил я, старец! Да отвечал он, — немного испортил. Тогда сказал мне Авва Аоре: видишь ли каково послушание старца? После сего я ушел от них, и по силам моим старался исполнять, что видел у них.

   _______

V, 6.   Будь алчущий и жаждущий  правды.

Всегда имей сильное желание и заботу отобразить в себе Христа, — правду и освящение наше, — живой верой в Него, т.е. исполнением заповедей Его, и в особенности достойным причащением Тела и Крови Его, и молитвой об оправдании через Него.

Помни, что имеющим такое желание и заботу Господь обещает в здешней жизни внутреннее успокоение, какое чувствует помилованный грешник, и приобретение сил к деланию добра, даруемых благодатью оправдывающей; в будущей же жизни полное удовлетворение души. Насыщусь, когда явитимися славе Твоей, говорит Псалмопевец. (Пс. 16, 15).

       _____________________

  Авва Григорий говорил: от всякого человека, получившего крещение, Бог требует правой веры. Авва Епифаний говорил: если Мелхисидек, образ Христа, благословил Авраама, корень иудеев: тем более, сама Истина — Христос благословляет и освящает всех верующих в Него.

Авва Пимен говорил: в Писании сказано: им же образом желает олень на истопницы водные, сице желает душа моя к тебе, Боже! (Пс. 41, 2). Олени в пустынях едят много змей, и потом, когда яд змеиный начнет жечь их, они быстро бегут к воде. — и когда напьются, воспаление проходит. Так и монахов, живущих в пустыне, жжет яд злых демонов, и они с нетерпением ждут субботы и воскресения, чтобы идти на источники водные, т.-е. приступить к Телу и Крови Господней, дабы очиститься от скверн лукавого.

   _______

V, 7.   Будь милостивый.

 1. Делай дела милости телесной: напитай алчущего, напои жаждущего, одень имеющего недостаток в необходимой или приличной одежде, посети находящегося в темнице; посети больного, послужи ему, помоги его выздоровлению или христианскому приготовлению к смерти; прими странника-в дом и упокой его, погреби умершего в убожестве. Делай дела милости духовной: увещанием обрати грешника от заблуждения пути его (Иак. 5, 20), несведущегочнаучи истине и добру, подай благовременный добрый совет ближнему, находящемуся в затруднении, сим же предостереги его в непримечаемой опасности; молись Богу за ближнего, утешь печального, не воздавай за зло, от сердца прощай обиду. Помни, что милостивые помилованы будут Богом, не сотворшему же милости будет суд без милости. (Иак.  2, 13).

  2. Примечание. Дабы в надежде на благотворительность не вознерадеть о другим заповедях любви христианской, внимай Апостолу: аще раздам вся имения моя, любве же не имам, никая польза ми есть (1 Кор. 13, 3).

  Примечание. Дабы из страха человекоугодия не остаться без творения милостыни, помни, что лучше творить ее по побуждению и не совсем чистому, чем не давать брату нужного.

   _____________________

  1. Авва Пимен говорил: страх Господень, молитва, и благотворение ближнему — вот три основания совершенства.

Брат спросил Авву Пимена: дай мне наставление. Старец сказал: сколько позволяют силы, работай, чтобы от своего рукоделия подавать милостыню. Ибо написано: милостыня и вера очищают грехи (Притч. 15, 27). Брат спросил: что такое вера? Веровать значить жить смиренномудренно и подавать милостыню, отвечал старец.

Авва Феодор Фермейский. просил Авву Памво: дай мне наставление. Старец ответил: Феодор! Ступай и будь милосерд ко всем: ибо милосердие имеет дерзновение пред Богом.

Один мирянин весьма благочестивой жизни пришел к Авве Пимену. У старца случились и другие братия, желавшие послушать беседы его. Старец сказал благочестивому мирянину: скажи братьям что-нибудь в наставление. Мирянин отказывался и говорил: прости мне, Авва! Я сам пришел учиться. Но старец принудил и он начал говорить: я человек мирской, продаю овощи, и веду обороты, развязываю пуки зелени, делаю из них небольшие связки, покупаю дешево и продаю дорого. Не умею говорить от Писания, а скажу вам притчу: один человек сказал своему другу: я желаю видеть царя, пойдем со мной. Друг отвечал ему: пройду, с тобой половину дороги. Сказал он и другому своему другу: пойди проводи меня к царю. Он отвечал: доведу тебя до царского дворца. Он сказал и третьему другу: пойдем со мной к царю. Пойдем отвечал третий друг, я доведу тебя до дворца, введу в него, скажу о тебе царю, и представлю тебя ему. — Братия спросили мирянина: что значить эта притча? Он отвечал: первый друг есть подвижничество, которое доводит до истинного пути; второй — чистота, которая достигает до небес; третий друг — милостыня, которая с дерзновением приводит к самому Царю Богу. Таким образом, братья получили назидание и разошлись.

Авва Епифаний, Епископ Кипрский, говорил: Бог за самую малую цену продает оправдание тем, которые ищут купить иное, как-то: за малый кусок хлеба, за убогую одежду, за чашу холодной воды, за один овол.

Сказывали Об Авве Пафнутии: он не любил пить вина. Однажды в дороге, встретившись с шайкой разбойников, увидел он, что разбойники пьют вино. Атаман разбойничий знал старца, знал также, что он не пьет вина. Но видя Пафнутия в великом утомлении, наполнил чашу вином, и взяв в руку меч, сказал старцу: если не выпьешь, убью тебя. Старец, поняв, что разбойник хочет исполнить заповедь Божью, и желая обратить его на путь спасения, принял чашу и выпил. Тогда атаман раскаялся пред старцем и говорил: прости мне, Авва! оскорбил я тебя. Старец отвечал: уповаю, что Бог за эту чашу сотворит с тобою милость Свою и в сем веке и в будущем. И я надеюсь на Бога, сказал атаман, что с сего времени никому не сделаю зла. Таким образом старец, отказавшись от своей воли для Господа, обратил всю шайку разбойников.

Авва Тимофей пресвитер говорил Авве Пимену: есть одна женщина в Египте, которая живет блудно и доходы свои отдает в милостыню. Она не останется блудницей, сказал Авва Пимен, — ибо в ней виден плод веры. Вскоре после сего пришла к пресвитеру Тимофею мать его. Он спросил ее: что еще та женщина продолжает блудодействовать? Да, отвечала ему мать; у нее стало еще более любовников, но она все отдает в милостыню. Авва Тимофей сказал об этом Авве Пимену. А Авва Пимен опять отвечал ему: не останется она блудницей. Мать Аввы Тимофея пришла в другой раз к нему и сказала: знаешь ли? блудница та хотела идти со мною просить тебя, чтобы ты помолился о ней, но я не взяла ее. Авва Тимофей сказал об этом Авве Пимену; а сей говорит: лучше сам пойди и навести ее. Авва Тимофей пошел и был у нее. Блудница, увидев Авву Тимофея, и услышав от него Слово Божье, пришла в сокрушение и плакала. Потом сказала ему: отныне я прилеплюсь к Богу, и не стану более блудодействовать. Вскоре после сего поступила она в монастырь и вела жизнь Богоугодную.

Был один старец в Келлиях, по имени Аполлон. Если кто приходил звать его на какую-нибудь работу, он шел с радостью, говоря: со Христом я ныне буду работать ради души моей: ибо она получит награду.

Он же говорил о принятии братии: должно кланяться приходящим братьям; ибо не им кланяемся, а Богу. Видя брата твоего, видишь Господа Бога твоего, и это, говорит он, приняли мы от Авраама (Быт. 18, 2). Приняв братии, убеждайте их к успокоению, сему научились мы у Лота, который принудил (Быт.19, 3) Ангелов.

Авва Кроний говорил: рассказывал нам Иосиф Пелусийский: когда жил я на Синае, один брат ходил в церковь за службу, прикрывался только малым мафорием (монашеское узкое платье, покрывающее шею и плеча) и то ветхим, который весь был в заплатах. Однажды увидев, что он идет в таком виде к Богослужению, я говорю ему: брат не видишь ли, что прочие братья стоят в церкви во время службы, как Ангелы? Почему же ты всегда приходишь сюда в такой одежде? Брат отвечал: прости меня, Авва! у меня нет другой одежды. Я взял его в свою келью и дал ему левитон и все в чем он нуждался.

Авва Петр рассказывал о св. Макарии: пришел он некогда к одному отшельнику, и, найдя его больным, спросил: не хочет ли он съесть чего-либо? — хотя в кельи у больного ничего не было. Больной отвечал: хочу пастилы (душистая лепешка). Мужественный старец не поленился сходить в Александрию, чтобы достать больному желаемое.

Сказывали об Авве Иоанне Фивейском, младшем ученике Аввы Аммона, что он двенадцать лет служил больному старцу до самой его смерти, сидя с ним на рогоже.

Об Авве Агафоне рассказывали: пришедши однажды в город для продажи вещей своих, нашел он лежащего на улице больного странника, о котором никто не заботился. Старец нанял для него небольшой покой, остался при нем, платил за покой из денег, получаемых за рукоделие, а что затем оставалось, употреблял на другие нужды больного. Старец пробыл с больным три месяца, пока сей выздоровел и после возвратился с миром в свою келью.

Он сам говорил: если бы я нашел прокаженного и мог отдать ему свое тело, а его взять себе, охотно бы сделал это ибо такова совершенная любовь.

Некоторые старцы спрашивали Авву Пимена: если мы увидим братьев, дремлющих во время службы, позволишь ли толкать их, чтобы они проснулись и бдели? Старец отвечал им: если я увижу брата дремлющего, то положу голову его на колена мои и успокою его.

Авва Феодор Еннатский рассказывал о себе когда в юности моей жил я в пустыне, однажды пошел в хлебню приготовить себе два пшеничных хлеба, и застал там брата, который хотел испечь хлебы, но не имел никого, кто бы ему помог. Я оставил свое дело и пособил ему. Но только что кончил с ним, пришел другой брат, и сему я помог и испек хлебы. После того пришел третий, и я то же сделал.

Таким образом делал я для каждого из приходящих и приготовил шесть хлебов. Наконец, когда уже никого не было из приходящих, испек я и свои два хлеба.

Авва Дула, ученик Аввы Виссариона, рассказывал: когда мы вошли в пещеру, узнали, что старец в ней пребывавший умер. Авва Виссарион говорит мне: пойдем, брат, приготовим тело его к погребению; ибо для этого нас призвал сюда Бог. Когда мы приготовляли его к погребению, нашли, что это была женщина (спасавшаяся под образом мужским).

Авва Иоанн говорил: сидеть в келье и всегда памятовать о Боге -то же, что быть в темнице. Вот что может означать изречение: в темнице бех и приидосте ко Мне (Матф. 25, 36).

Авва Агафон говорил: я никогда не давал вечери любви, но подавать и принимать советы было для меня вечерей любви. Ибо думаю, что польза брата твоего заменяет приношение плодов.

Некто рассказывал, что один брат, впавший в грех, пришел к Авве Лоту, и в смущении входил и опять выходил из кельи, и не мог сидеть. Тогда Авва Лот спрашивает его: что ты имеешь брат? Брат отвечал ему: я сделал большой грех, и не могу открыть его отцам. Старец сказал ему: исповедуй грех свой мне, и я возьму его на себя. Тогда брат сказал старцу: я пал в блуд, и неистово стремился достичь его. Не унывай, сказал ему старец; еще есть покаяние. Пойди, пребывай в пещере и постись по два дня; а я принимаю на себя половину греха твоего. — По прошествии трех недель, старцу было открыто, что Бог принял покаяние брата, и брат пребыл в послушании у старца до самой смерти своей.

Однажды Авва Даниил рассказывал об одном великом старце, жившем в нижних странах Египта. Он по простоте своей говорил, что Мелхиседек есть Сын Божий. Известили о нем блаженного Кирилла, Архиепископа Александрийского. Сей послал за ним. Зная, что старец творит чудеса, и Бог открывает, ему, если он о чем просит его, и что по простоте он говорит слово сие, Кирилл употребил такую мудрую меру: Авва! — сказал ему Кирилл,- у меня есть к тебе просьба: иногда помысел мне говорит, — что Мелхиседек был Сын Божий, а иногда помысел говорит другое,- что он был не Сын Божий, но человек-первосвященник Божий. Колеблясь между сими мыслями я послал за тобою, чтобы ты помолился Богу, да откроет Он тебе сие. Старец, ободряемый своими добродетелями, сказал с дерзновением: дай мне три дня; я вопрошу о сем Бога, и скажу тебе: кто таков Мелхиседек. Возвратясь, он молился Богу о сем. Спустя три дня, пришел к блаженному Кириллу, и говорит ему. Мелхиседек был человек. Архиепископ спросил его: как ты узнал это Авва? — Старец отвечал: Бог показал мне всех патриархов, так, что каждый по одному проходил предо мною, начиная от Адама до Мелхиседека, — и Ангел сказал мне: вот Мелхиседек. Будь уверен, — так было. Старец, возвратясь от Кирилла начал сам проповедовать, что Мелхиседек был человек. Блаженный Кирилл весьма этому обрадовался.

Авва Даниил Фаранский рассказывал: отец наш Авва Арсений говорил об одном, жившем в скиту, что он был великий подвижник, но прост в вере, и от простоты согрешал. Он говорил: хлеб, который мы принимаем, не есть существенное тело Христово, а только вместообразное. Два старца услышали, что он так говорит, и зная его великим по жизни, уразумели, что говорит сие не по злобе, а от простоты. Они пришли к нему и говорят: Авва! мы слышали об одном старце, что он учит противно Вере; ибо говорит, что хлеб, который мы принимаем, не есть существенно тело Христово, а один только образ. Старец отвечал: это я говорил. Тогда они начали его увещевать, говоря: не так принимай, Авва! но как предала нам Вселенская Церковь. Ибо мы веруем, что самый хлеб есть тело Христово, и чаша есть самая кровь Христова, истинно, а не вместообразно. Как в начале Бог , взявши персть от земли, создал из нее человека по образу Своему, и хотя сей образ Божий для нас непостижим, никто однако не может сказать, что нет его в человеке: так точно мы веруем, что и хлеб, о коем сказал Иисус Христос: сие есть тело Мое, — истинно есть тело Христово. Старец отвечал: если не уверюсь самым делом, не могу вполне убедиться. Они сказали ему: помолимся Богу сию неделю о таинстве сем, и надеемся, что Бог откроет нам. Старец принял слово сие с радостью, и молился Богу так: Господи! Ты знаешь, что я не верю не по злобе; но чтобы не заблуждаться по неведению, открой мне, Господи Иисусе Христе! Старцы, возвратясь в свои кельи, и сами молились Богу таким образом: Господи Иисусе Христе! открой старцу таинство сие, да уверует он, и не погубит труда своего! Бог услышал их. По прошествии недели они пришли, в воскресенье, в церковь и отдельно от других стали трое вместе, а старец посреди их; и им отверзлись очи. Когда хлеб положен был на снятый престол, он представился троим братьям в виде младенца. Когда же священник простер руку для преломления хлеба, Ангел Господень сошел с неба с ножом, заклал младенца, и кровь его вылил в чашу. Когда же священник раздроблял хлеб на малые части, тогда и Ангел отсекал от младенца малые части. Когда они приступили к. принятию Таинства, старцу одному подана была плоть с кровью. Увидев сие, он ужаснулся, и воскликнул: верую, Господи, что хлеб сей есть тело Твое, и чаша сия есть кровь Твоя. И тотчас плоть в руке его стала хлебом, как бывает в Таинстве, и он приобщился, благодаря Бога. После сего старцы говорят ему: Бог знает, что человек, по природе своей, не может есть сырой плоти, а потому и преподает тело Свое под видом хлеба, и кровь Свою под видом вина, принимающим с верою. Возблагодарили Бога, что Он не попустил старцу погубить своих трудов, и все трое с радостью возвратились в свои кельи.

В Скиту был один старец труженик по телесным подвигам, но неискусный в помыслах. Потому пришел он к Авве Иоанну Колову спросить его 6 забывчивости. Выслушав его наставления, возвратился в свою келью, и забыл, что говорил ему Авва Иоанн. Опять пошел спросить его, и услышав то же самое, пошел назад; но, дойдя до своей кельи, опять забыл. Таким образом много раз приходил к Авве Иоанну, и на возвратном пути овладевала им забывчивость. После, встретившись с ним, он сказал: знаешь ли Авва? я опять забыл, что ты говорил мне; но чтобы не беспокоить тебя, я уже не приходил к тебе. Тогда Авва Иоанн говорит ему: пойди зажги свечу. Он зажег. Авва сказал: еще принеси другие свечи и зажги этой. Он сделал так. Тогда Авва Иоанн спросил старца: ведь не перестала эта свеча гореть от того, что ты зажег ею другие свечи? Нет. — отвечал старец. Так не угаснет и Иоанн, сказал он; хотя бы весь скит ходил ко мне, не отдалил бы он меня от благодати Христовой. Потому приходи ко мне, когда хочешь, ни мало не сомневаясь. Таковы были дела живших в скиту. Они ободряли искушаемых и делали себе принуждение, чтобы взаимно одним других усовершенствовать в добре.

Шел некогда Авва Серапион чрез одну Египетскую деревню, и увидев блудницу, которая стояла у своей горницы, сказал ей: ожидай меня вечером; прийду к тебе и ночую с тобою. Хорошо, Авва! отвечала блудница. И вот она приготовилась и постлала ложе. Вечером старец пошел к ней, и, вошедши в ее горницу, спросил: приготовила ли ложе? — Приготовила, Авва, отвечала блудница. Старец запер дверь и сказал ей: подожди немного; я только исполню наше обычное правило. И старец начал свое молитвословие. Читал он Псалтирь; после каждого псалма молился Богу о ней, прося Бога, да дарует ей покаяние и спасение, — и Бог услышал его. Блудница стояла в трепете, и молилась подле старца. Когда старец окончил весь Псалтирь, она пала на землю, старец взял Апостол, много прочитал из него, и окончил свое молитвословие. Блудница пришла в сокрушение, и, узнав, что старец пришел к ней не для греха; но чтобы спасти душу ее, поверглась пред ним и просила: сделай милость, Авва! отведи меня туда, где могу я угодить Богу. Старец повел ее в женский монастырь, и поручил матери настоятельнице, сказав ей: прими сию сестру, и не налагай на нее бремени или заповеди, как на других сестер, но давай ей, чего она захочет, и если захочет идти, позволяй ей. По прошествии немногих дней женщина сказала: я грешница, желаю вкушать пищу через два дня. Еще насколько дней спустя, она сказала: много грехов у меня, и я желаю поститься по сороку дней. Наконец еще через несколько дней она упрашивала настоятельницу так: сильно оскорбила я Бога моими беззакониями: сделай же милость, отведи меня в келью, запри ее и подавай мне в окно не много хлеба и рукоделие. Мать исполнила ее просьбу, и бывшая блудницей в остальное время своей жизни благоугождала Богу.

До прихода Авва Пимена с учениками в Египет, жил там один старец, который имел большую известность и был уважаем. Но люди оставили его, и стали ходить к Авве Пимену, когда он с братией пришел из скита. Это огорчило Пимена. Он сказал братиям: что нам делать с тем великим старцем? Прискорбно нам, что все оставили старца, и обратились к нам, людям ничтожным. Как бы нам утешить старца? Приготовьте несколько снедей, сказал Пимен, и возьмите мерку вина, пойдем к старцу и разделим вместе с ним трапезу. Может быть, через это утешим его. И так взяли пищу и отправились.

Когда постучались в дверь к старцу, ученик его услышав спросил: кто вы? — Они отвечали: скажи Авве, что Пимен желает принять благословение от него. Когда ученик сказал об этом старцу, тот отвечал: пойди, мне недосуг. Авва же Пимен и братия стояли на жару и говорили: не пойдем отсюда, пока не удостоимся видеть старца. Старец видя их смирение и терпение умилился и отворил им свою келью. Они вошли и обедали вместе с ним. Во время обеда старец сказал им: истинно говорю вам: много я слышал об вас, но на деле вижу в вас во сто раз более. — С того дня он сделался другом их.

Пришли однажды к Авве Ахиле три старца, из коих об одном носилась худая молва. Один из старцев сказал Авве Ахиле: Авва, сделай мне невод! Ахила отвечал: не сделаю. Другой старец сказал: окажи эту милость, чтобы в монастыре нам иметь что-нибудь на память о тебе. Авва отвечал: мне недосуг. Наконец сказал и тот самый, о котором была худая молва: сделай, Авва, мне невод, чтобы иметь что-нибудь из рук твоих! Ахила тотчас отвечал ему: для тебя сделаю. После два старца спросили наедине Авву Ахилу: почему когда мы просили тебя, ты не захотел для нас сделать, а ему сказал: для тебя сделаю? Авва Ахила отвечал им: я сказал вам: не сделаю, и вы не оскорбились сим, веря, что мне недосуг, а если ему я не сделаю, то он скажет: старец услышав о моих грехах, не захотел сделать для меня. Я тотчас стал отрезать веревку, и через то ободрил душу его, чтоб он не был поглощен печалью.

  2. Пришли однажды к Авве Памво два брата. Один из них сказал ему: Авва! я пощусь по два дня и ем только по два куска хлеба: спасу ли через это душу мою, или я в заблуждении? А я, Авва, сказал другой брат, от рукоделия своего вырабатываю по два стручка каждый день, не много оставляю в пищу себе, а прочее отдаю в милостыню: спасусь ли или погибну? Авва не дал ответа им, хотя они долго просили его. По прошествии четырех дней они хотели возвратиться в свое место; но клирики утешали их: не печальтесь, братья, говорили они, Бог не оставит вас без награды; у старца такой обычай, что не вдруг говорит он, если не внушит ему Сам Бог. Братья вошли к старцу и сказали ему: помолись о нас, Авва! Вы хотите идти от нас? спросил старец. Да, отвечали они. Размышляя о их подвигах, Авва писал на земле и говорил: Памво постится по два дня и ест два куска хлеба; хорош ли он по этому? — Нет! Памво вырабатывает два стручка и дает их в милостыню: хорош ли он по этому? Нет еще! Потом он сказал им: и сии дела хороши; но если при том и совесть твоя будет безукоризненна пред ближним твоим: тогда спасешься. — Братья, довольные таким наставлением, пошли с радостью.

Брат сказал Авве Пимену: когда я подаю брату моему немного хлеба или другого чего, то демоны укоряют мою милостыню, будто она подается из человекоугодия. Старец отвечал ему: хотя бы твоя милостыня подавалась из человекоугодия, но мы все же должны брату давать нужное; и рассказал ему следующую притчу: два земледельца жили в одном месте. Один из них посеял и собрал немного хлеба, хотя нечистого; а другой, поленившись сеять, не собрал ничего. В случае голода кто из них будет иметь пропитание? Брат отвечал: тот, кто собрал немного хлеба, хотя и нечистого. Старец сказал: так будем же и мы сеять немного, хотя даже и нечистого, дабы не умереть от голода.

Мать Сарра также говорила: хорошо подавать милостыню и для людей ибо хотя подается она и по человекоугодию, но после может послужить к умилостивлению Бога.

   ______

V, 8.    Будь чистый сердцем.

1.  Не обольщай себя пагубной мыслью о своей безгрешности, но борись с живущей в тебе греховной порчей и противостой ей до самой смерти.

2. Постоянно держи стражу над сердцем своим, чтобы оно не склонялось любовью ко греху; воспитывай в душе своей одно лишь святое, и поражай до возможного истощения все греховное в себе.

Помни, что только чистый сердцем узрит Бога чистым или просвещенным сердечным оком (Еф. 1, 18). Напротив ничто скверное не войдет в царствие Божье.

3. Примечание. Не поддавайся и высоким помыслам неблаговременным.

___________________

  1.   Рассказывали об одном старце, что он прожил пятьдесят лет, и во все это время едва ли ел хлеб и пил вино. Говорил он: я умертвил в себе блуд, сребролюбие и тщеславие. И пришел к нему Авва Авраам, услышав слова сии, и говорит ему: вот ты входишь в келью свою, и, находишь на рогоже своей женщину: можешь ли не думать, что у тебя женщина? Нет, отвечал старец, но я борюсь с помыслом, чтобы не прикасаться к ней. Тогда сказал Авва Авраам: итак ты не умертвил страсть, но она живет; хотя и обуздана. Далее, когда ты идешь, и видишь камни и черепки, — и посреди их золото, может ли ум твой мыслить о золоте, как о камнях и черепках? Нет, отвечал, старец, но я борюсь с помыслом, чтобы не взять золота. Старец Авраам опять говорит: итак страсть жива, только обуздана. Наконец сказал Авва Авраам: вот ты слышишь о двух братьях, что один любит тебя, а другой ненавидит тебя и злословит: если они прийдут к тебе, равно ли ты примешь их обоих? Нет, отвечал старец; но я борюсь с помыслом чтобы благотворить ненавидящему меня, так же как и любящему. И говорит ему Авраам: итак страсти живут и в святых: только они ими обуздываются.

Один брат пришел к Авве Пимену, и говорить ему: Авва! у меня много помыслов и я в опасности от них. Старец выводит его на воздух, и говорит ему: раскрой свою пазуху и не впускай ветра! Не могу этого сделать. — отвечал брат. Если сего не можешь сделать, сказал старец, то не можешь остановить и прилива помыслов, но твое дело противостоять им

2. Авва Нистерой говорил: чего желает по Богу душа твоя, то и делай и блюди свое сердце.

Авва Руф говорил: неизвестно в кий час тать придет (Лук. 12, 39), бди над своею душой.

Авва Орсисий говорил: я думаю, что если человек не будет тщательно блюсти своего сердца, то все, что он ни услышит, забывается у него и остается в небрежении , а таким образом враг, нашедши в нем место себе, ниспровергает его. Когда приготовят и зажгут лампаду, то если не станут подливать в нее масла, мало-помалу свет ее слабеет, и наконец совсем погасает. Кроме сего случается иногда, что мышь ходит около нее и ищет съесть светильник, но доколе не погаснет масло, не может сего сделать, если же увидит, что лампада не только погасла, но уже и охладела: тогда желая унести светильник, сваливает лампаду. Если лампада глиняная, она разбивается; если же медная, то хозяин ставит ее по прежнему. То же бывает и с нерадивой душой: мало-помалу удаляется от нее Св. Дух, доколе совсем не потеряет она горячность свою; а потом враг истребляет расположение души к добру и самое тело оскверняет злом. Впрочем, если человек не вовсе оскудел в любви к Богу, и дошел до нерадения только по слабости, то милосердный Бог, посылая в душу его страх Свой и памятование о муках побуждает его бодрствовать над собою и блюсти себя с большей осторожностью впредь до посещения Своего.

Брат просил Авву Пимена: дай мне наставление. Старец говорит ему: когда горшок снизу подогревается огнем, то ни муха, ни иное что пресмыкающееся не может прикоснуться к нему; когда же простывает, тогда они садятся на него. Тоже бывает и с человеком: доколе он пребывает в духовном делании, враг не может поразить его.

У Аввы Арсения один брат просил наставления. Старец сказал ему: всеми силами своими подвизайся так, чтобы внутреннее твое делание было Богоугодно, и победишь внешние искушения.

Брат сказал Авве Пимену: тело мое уже ослабло, но страсти не ослабевают. Старец отвечал ему: страсти суть терновые иглы.

Брат спросил Авву Сисоя: что мне делать со страстями? старец сказал: каждый искушается от своей похоти.

Авраам, брат Аввы Агафона, спросил Авву Пимена: отчего демоны нападают на меня? — На тебя нападают демоны? сказал ему Авва Пимен. Демоны не нападают на нас, если мы исполняем свои хотения; наши хотения сделались для нас демонами; они-то мучат нас, чтоб мы исполняли их. Если же хочешь знать, с кем воевали демоны, — это с Моисеем и подобными ему.

Брат спросил Авву Сисоя: почему страсти не оставляют меня? Потому, что сосуды их внутри тебя, — отвечал старец; отдай им задаток и они удалятся.

Авва Матой говорил: сатана не знает, какой страстью будет побеждена душа; он сеет, но не знает, пожнет ли. Сеет он помыслы блуда, помыслы злословия и также другие страсти.

К какой страсти склонной покажет себя душа, ту и внушает он ей.

Авва взял палку, старцы увидели, что дьявол, как собака, прокрался через дверь, и исчез.

Однажды собрались братия к Авве Иосифу. Они сидели и спрашивали его. Старец был рад и с любовью сказал: сегодня я царь, ибо воцарился над страстями.

Однажды спросили Авву Силуана: какую ты, отец, проводил жизнь, что достиг такого благоразумия? Авва отвечал: никогда не впускал я в сердце свое помыслов, прогневляющих Бога.

Авва Анувий спросил Авву Пимена о нечистых помыслах, рождающихся в сердце человеческом и о суетных пожеланиях. Авва Пимен отвечал ему:еда прославится секира без секущего ею (Ис.10,15). Не подавай руки им, и они ничего не сделают.

Брат спросил Авву Пимена: что мне делать с суетными пожеланиями, которые овладели мною? Старец отвечал: иной засыпает уже смертным сном и все еще думает о сладостях мира сего. Не приближайся к ним и не касайся их, и они сами собой удалятся от тебя.

Авва Исайя спросил Авву Пимена о нечистых помыслах. Авва Пимен сказал ему: если сундук с платьем будет оставлен без попечения, то платье со временем истлеет; так и помыслы, если не будем исполнять их на самом деле, со временем исчезнут или как бы истлеют.

Авва Иосиф спросил Авву Пимена о том же. Старец отвечал: если кто положит в кувшин змия и скорпиона, и закроет их, то гады со временем издохнут ; так и худые помыслы, происходя от демонов, исчезают от терпения.

Брат спросил Авву Пимена: почему не могу откровенно говорить со старцами о своих помыслах? Старец отвечал: Иоанн Колов говорит: ни о ком так не радуется враг, как о тех, которые не открывают своих помыслов.

Рассказывали об одном брате: он искушаем был худыми помыслам но стыдился говорить об этом. Где бы ни услышал о великих старцах, он ходил к ним с намерением открыть их, — но как скоро приходил, стыдился исповедать пред ними свои помыслы. Часто ходил он и к Авве Пимену. Старец видел, что брат мучится помыслами и скорбел о том, что он не открывает их. В один день отозвал его старец и сказал: вот столько уже времени ты ходишь сюда, желая открыть мне свои помыслы, но когда приходишь, не хочешь сказать о них и уходишь опять с ними мучимый по прежнему. Скажи мне, сын мой: что у тебя на сердце? брат отвечал старцу: дьявол искушает меня богохульными помыслами, и я стыдился говорить об этом. Потом рассказал старцу свои богохульные помыслы, и тотчас почувствовал облегчение. Старец сказал ему: не скорби, сын мой! но когда прийдет к тебе такой помысел, говори: я не виноват, хула твоя, сатана, да падет на тебя. Душа моя не хочет сего. А все, чего душа не хочет, скоро проходит. Таким образом брат пошел от старца, уврачевав душу свою.

Авва Макарий жил в глубокой пустыне; он один жил в ней отшельником; а несколько ниже была другая пустыня, в которой жило много братии. Однажды старец смотрел на дорогу к оной, и видит — идет сатана в образе человеческом, и проходит мимо его. Явился он в длинной, льняной одежде, которая была вся в дырах и в дырах висели сосуды. Великий старец спросил его: куда идешь? Сатана отвечал: иду навестить братию. Для чего же у тебя сии сосуды? спросил опять старец. Он отвечал: несу пищу для братии. Старец спросил: и все это с пищей? — Да, отвечал сатана; если кому одно не понравится, дам другое; если не это, дам еще иное. Хотя что-нибудь одно из сих, конечно, понравится. — Сказав это, он пошел. Старец же продолжал смотреть на дорогу, доколе он пошел назад, и как только старец увидел его, говорить ему: здравствуй! — Как мне здравствовать? отвечал сатана. — Почему же? спросил его старец.- Потому, сказал сатана, что все обошлись со мной сурово, и никто не принимает меня. Старец спросил его: итак, нет у тебя там ни одного друга? — Да, отвечал сатана; один только монах у меня там приятель, — он слушается меня, и когда увидит меня, кружится как ветер. Старец спросил его: как называется этот брат? Феопемит, отвечал сатана, и сказав это, ушел. Авва Макарий встал И пошел в пустыню, несколько ниже лежащую. Братия, узнав об этом, взяли пальмовые ветви и вышли на встречу ему (у древних было обыкновение встречать пришельцев с пальмовыми или другими какими-либо ветвями). Между тем каждый из них готовился, думая, что старец остановится у него. Но он спросил: кто на горе называется Феопемитом? И когда нашел келью его, вошел к нему. Феопемит принял его с радостью. Оставшись с ним наедине, старец спрашивает его: каково живешь, брат? Молитвами твоими — хорошо, отвечал брат. Старец спросил: не искушают ли тебя помыслы? Пока еще нет, отвечал брат. — Он стыдился признаться. Тогда старец сказал: вот сколько уже лет я подвизаюсь, и все уважают меня, а и меня, старика еще беспокоит дух блуда. Феопемит отвечал: поверь, Авва, и меня также беспокоит. — Старец говорил тоже и о других помыслах, будто искушают его, и брата приводил в сознание. Потом спрашивает его: как ты постишься? Брат отвечал: до девятого часа. Постись до вечера, сказал старец, и подвизайся, перечитывай Евангелие и другие Писания. Если же прийдет к тебе помысел, не смотри вниз, но всегда устремляй взор свой горе — и Господь тотчас поможет тебе. — Сделав наставление брату, старец пошел в свою пустыню. Наблюдая по-прежнему, старец опять видит того же демона и спрашивает его, куда опять идешь? Навестить братию, отвечал демон, и ушел. Когда же сатана возвращался, святой спросил его: в каком состоянии братья? — В худом, отвечал он. Старец спросил: почему так ? — Все они суровы, сказал демон, и что всего хуже, и тот приятель мой, который слушался меня, не знаю — почему, развратился, и не только не слушает меня, но сделался всех суровей, я поклялся не ходить более туда, разве по времени. Сказав это, демон оставил старца, и ушел; а святой пошел в свою келью.

Авва Моисей однажды был искушаем от блудного помысла. Не имея сил сидеть в келье, он пошел и рассказал об искушении своем Авве Исидору. Старец убеждал его возвратиться в свою келью, но он не соглашался и говорил: не могу: Авва Исидор взял его с собою, возвел на крышу и говорит ему: смотри на запад. Моисей взглянул.и увидел там бесчисленное множество демонов. Они были в смятении, и с шумом стремились на брань. Авва Исидор опять говорит ему: посмотри и на восток. Авва Моисей взглянул, и увидел бесчисленное множество святых Ангелов, облеченных славой. Затем сказал ему Авва Исидор: вот те, которых посылает Господь на помощь святым; а те, которые на западе, воздвигают брань против нас. Но помощников наших гораздо более. — Тогда Авва Моисей, возблагодарив Бога, ободрился и возвратился в свою келью.

Один брат, живя в Келлиях, быль возмущаем в уединении. Пошел он к Авве Феодору Фермейскому, и рассказал ему о своем искушении. Старец сказал ему: пойди усмиряй свой помысел — неси послушание, и живи с другими. Брат опять пришел к старцу и сказал: не нахожу покоя и среди людей. Старец отвечал ему: если ты ни один, ни с другими не находишь покоя, то зачем пошел ты в монашество? Не для того ли, чтобы переносить скорби? Скажи мне, сколько лет ты монахом? — Восемь, отвечал брат. Старец сказал ему: я семьдесят лет монахом, и ни в один день не находил покоя, а ты через восемь лет хочешь иметь покой. Услышав это, брат ободрился и пошел.

Авва Пимен еще будучи юношей, пошел некогда к одному старцу спросить его о трех помыслах. Когда же пришел к старцу, забыл один помысел. Он возвратился в свою келью. Но только что взялся за ключ, чтобы отпереть келью, как вспомнил то, о чем забыл сказать старцу. Оставив ключ, в двери, он опять возвратился к старцу. Старец сказал ему: брат, ты скоро пришел сюда. Пимен отвечал ему: я взялся уже за ключ, как вспомнил: о забытом помысле и не отворяя кельи возвратился сюда. (Расстоянием между кельями было очень большое). Старец сказал ему: ты Ангельский пастырь. Имя твое прославится по всей земле Египетской.

Брат спрашивает Авву Моисея: что делать человеку, когда нападает на него искушение, или вражеский помысел? Старец отвечал ему: тогда человек должен умолять со слезами благодать Божью о помощи, и он скоро успокоится, если будет просить разумно. Ибо Писание говорит:Господь мне помощник и не убоюсь, что сотворит мне человек. (Пс. 117, 6).

Один брат спрашивал Авву Пимена о борьбе с восстающими помыслами. Старец отвечал ему: это дело подобно тому, как если бы у человека в левой руке был огонь, а в правой чаша с водой: если запылает огонь, то он берет из чаши воду и гасит огонь. Огонь — это внушения врага; а вода — усердная молитва пред Богом.

Св. Авва Антоний, пребывая некогда в пустыне, впал в уныние и глубокую тьму помыслов и взывал к Богу: Господи! я хочу спастись, а помыслы не дают мне. Что мне делать в своей скорби? Как спастись? И вскоре потом Антоний, встав, пошел далее; и вот видит кого-то похожего на себя, который сидел и работал; потом встал из-за работы и молился; после опять сел и вил веревку; далее опять встал на молитву. Это был Ангел Господень, посланный для наставлений и подкрепления Антония. И Ангел сказал вслух ему: и ты делай так, и спасешься. Услышав сие Антоний весьма обрадовался. Стал так делать и спасался.

Мать Феодора говорила: как скоро начинает, кто-либо безмолвствовать, тотчас приходит лукавый, и отягчает душу унынием, малодушием , помыслами, отягчает и тело болезнями, усталостью, расслаблением колен и всех членов, расслабляет силы души и тела. Посему говорят: я болен, не могу прочитывать молитв. Но если будем мы бодрствовать, все это исчезнет. Скажу об одном монахе; когда пришел он на правило, бросило его в озноб и в жар, а в голове его сделался сильный шум. Монах говорил сам себе: вот я теперь болен и может быть умру; встану же перед смертью, совершу мое молит-вословие. Сею мыслью он принудил себя, и прочитал молитвы. Когда же кончилось молитвословие, кончилась и огневица. Брат сей и после противоборствовал этому помыслу, — читая правило, и таким образом, побеждал искушение.

Сказывали об Авве Феодоре: когда жил он в Скиту, пришел бес и хотел войти к нему, но Феодор связал его вне кельи; потом пришел другой бес, и также хотел войти к нему, — и этого связал; далее пришел третий бес, и увидев первых двух связанными, говорит им: что вы стоите тут за дверьми? Они отвечают: сидящий в келье не пускает нас войти к себе. Третий бес насильно старался войти в келью, но старец связал его. Устрашившись молитв старца, бесы начали просить его, говоря: развяжи нас! Старец сказал им: ступайте! И они ушли со стыдом.

Мать Синклитикия говорила: как острые лекарства врачуют жестокие болезни, так молитва с постом прогоняет злые помыслы.

Авва Евагрий говорил: один из отцов сказал: постническая строгая жизнь, соединенная с любовью, скоро вводит человека в пристань бесстрастия.

Один брат спросил Авву Пимена: что мне делать? меня давит какая-то тяжесть. Старец отвечал: на малых и на больших суднах пловцы имеют пояса, и если нет попутного ветра, то спускают канат, а пояса берут на плечи себе и тащат понемногу судно, пока Бог не пошлет ветра; а когда увидят, что настает мрак, они пристают к берегу и вбивают кол, дабы судно не ушло. Этот кол есть самоосуждение.

Авва Илия рассказывал: увидел я, что один взял себе под мышку тыкву с вином. Чтобы пристыдить бесов (ибо это был призрак), я сказал брату: сделай милость — подними мне это. Как он приподнял свою одежду, оказалось, что у него ничего нет. Это сказал я вам для того, чтоб вы иному не верили, хотя бы сами видели это и слышали. Особенно же наблюдайте за помыслами, зная, что их часто внушают демоны, дабы осквернить душу помышлением о вещах бесполезных, и отвлечь ум от размышления о грехах своих и о Боге.

Авва Пимен говорил: в Писании сказано: яже видеста очи Твои, глаголи (Притч. 25, 8), а я советую вам не говорить и даже и о том, что осязали вы своими руками. Один брат был обманут точно таким образом. Представилось ему, будто брат его грешит с женщиной. Долго боролся он сам с собою, наконец, подошел, толкнул их ногой, думая, что это точно они, и сказал: полно вам, долго ли еще? Но оказалось, что то были снопы пшеницы. Потому — то я и сказал вам: не обличайте, если даже и осязаете своими руками.

Авва Никита сказывал: два брата, желая жить вместе, поселились в одной келье. Один из них так рассуждал сам с собою: буду делать только то, что угодно будет брату моему. Равно и другой говорил: буду исполнять волю брата моего. Они жили много лет в полной любви. Враг, видя это, захотел разлучить их. Для сего пришел он и стал у дверей, и одному представлялся голубицей, а другому — вороною. Вот один, из братьев сказал другому: видишь ли этого голубя — Это ворона, — отвечал другой, — и начали спорить между собой: один говорит то, другой — другое. Наконец они встали, дрались до крови, к полной радости врага, и разошлись. Спустя три дня, они пришли в самих себя, просили друг у друга прощение сказали один другому, чем каждому из них представлялась виденная птица, и узнали в этом искушение врага. После сего они жили уже неразлучно до самой смерти.

Авва Евагрий говорил: смотри, чтобы никогда не выходило у тебя из памяти приготовленное грешникам: стыд пред Богом, Ангелами и Архангелами и всеми людьми, вечный огонь, скрежет зубов, ужасы мучения, чтобы хотя таким образом избегать тебе нечистых и вредных помыслов.

Авва Ефрем шел однажды, и блудница по чьему-то внушению подходит к нему, чтобы обольстить его на постыдное соединение,- а если не так, то по крайней мере привести его в гнев; ибо еще никто никогда не видал его гневающимся. Ефрем говорит ей: иди за мною. Приблизившись к одному месту, где толпилось множество народа, Авва Ефрем сказал ей: здесь делай, как ты хотела. Блудница же, увидев множество народа, отвечает ему: как можно нам это делать в присутствии такого множества? не стыдно ли будет? Он говорит ей: если мы стыдимся людей, то тем более должны стыдиться Бога, который обличает и тайная тьмы (1 Кор. 4, 5). Блудница со стыдом отошла, ничего не сделав.

В одно время Авва Зенон проходил Палестину, и утомившись, сел для принятия пищи у огуречного огорода. Помысел говорил ему: возьми один огурец и съешь, ибо что в этом важного? Но он отвечал своему помыслу: воры подвергаются наказанию; так испытай себя, можешь ли ты перенести наказание! Вставши, он пять дней простоял на жаре и изнуренный жаром сказал сам себе: не могу снести наказания; потом говорит своему помыслу: если не можешь, то не воруй и не ешь.

 3. Однажды Авва Лонгин спрашивал Авву Лукия о трех своих помыслах: он говорил: я хочу странствовать; старец отвечал ему: если не будешь воздерживать языка своего, не будешь странником, куда бы ни пошел, но обуздывай здесь язык свой и будешь странник. Потом Авва Лонгин говорит: хочу поститься. Старец отвечал: Пророк Исайя сказал:аще слячеши, яко серп, выю твою, ниже тако наречете пост приятен (Ис. 58, 5). Лучше обуздывай худые помыслы. Наконец Авва Лонгин говорит: хочу бежать от людей. Старец отвечал: если прежде не научишься хорошо жить с людьми, то и в уединении не можешь хорошо жить.

Рассказывал об Авве Геласии, что быв часто возмущаем помыслами, побуждавшими его удалиться в пустыню, в один день сказал ученику своему: сделай милость, брат, потерпи, если что я сделаю, и не говори со мною ни о чем в продолжение сей недели! Он, взяв пальмовую палку, начал ходить по двору монастырскому; утомившись садился на несколько времени, а потом встав, опять ходил. Когда настал вечер, он говорит своему помыслу: странствующий по пустыне не хлебом питается, но травой; а ты по немощи своей съешь небольшой овощ. — Сделав так, он опять говорит помыслу: пустынники спят не под кровлей, а на открытом воздухе, и ты так сделай. После сего он ложится и спит на дворе. Когда ходил таким образом по монастырю три дня, вечером вкушал немного цикория, а ночью спал под открытым небом, — Авва утомился. Тогда укоряя помысл, возмущавший его, он обличил его так: если не можешь совершать дел пустынных, то сиди в своей келье, постоянно оплакивая свои грехи, и не вдавайся в обман. — Око Божье везде видит дела человеческие; ничто не скрывается от Него и Он знает делающих доброе.

Один из отцов рассказывал: в Келлиях был трудолюбивый старец, который одевался в рогожу. Пришел он однажды к Авве Аммону; сей, увидев его одетым в рогожу, сказал: не принесет она тебе никакой пользы. — Старец спрашивал Авву Аммона: три помысла беспокоят меня: один побуждает меня блуждать по пустыням; другой — уйти в чужую страну, где бы никто не знал меня; третий- заключиться в келью, ни с кем не видеться и есть через два дня! Авва Аммон отвечал ему: какое ни станешь ты исполнять из трех сих намерений, пользы не будет. А лучше сиди ты в келье своей, ешь понемногу каждый день и всегда имей в сердце своем слово мытаря: Боже, милостив буди мне грешнику! (Лук. 18, 13) и можешь спастись.

   _______

V, 9.    Будь миротворец.

 Не имей в душе своей вражды ни на кого, со всеми поступай дружелюбно, не подавая причин к несогласию. Случившееся несогласие всевозможно прекращай даже с уступкой своего права, если только сие не противно долгу и ни для кого не вредно. Сверх сего примиряй враждующих между собою, пока имеешь возможность, и всегда молись о их примирении.

 Помни, что миротворцам Господь обещает благодатное имя сынов Божьих в день явления Царствия Его за то, что подражают Единородному Сыну Божьему, пришедшему на землю примирить согрешившего человека с правосудием Божьим.

_________________

Авва Моисей сказал одному брату: не имей вражды ни с кем, и не питай вражды в сердце своем. Не должен ты ненавидеть и того, кто враждует на ближнего своего. В этом-то и состоит мир.

Рассказывали об Авве Пимене: жил он в Скиту с двумя своими братьям и меньший огорчал их. Авва сказал другому брату: меньший брат нас расстраивает; уйдем отсюда. Вышли и оставили его. Тот, видя, что их долго нет, догадавшись, что они уже далеко от него, с криком побежал за ними. Авва Пимен сказал: подождем брата, он устанет. Младший брат, когда дошел до них, поклонился и сказал: куда вы уходите и оставляете меня одного? Старец сказал ему: ты оскорбляешь нас, потому мы уходим. Он отвечал им: правда, правда , — но пойдем вместе, куда хотите. Старец видя простоту его, сказал брату своему: воротимся, брат; он не с намерения делал нам огорчения, но дьявол внушал ему. — Воротились и пошли в свое место.

Авва Павел Космит и Тимофей, брат его, жили в Скиту. Часто бывали между ними распри. Авва Павел сказал однажды: долго ли нам жить так? Авва Тимофей отвечал ему: сделай милость, когда я буду оскорблять тебя, потерпи меня, а я буду терпеть, когда ты станешь оскорблять меня. — Поступая таким образом, они были покойны в остальные дни свои.

Авва Иоанн рассказывал следующее: Авва Анувий и Авва Пимен и прочие их братья единоутробные, и бывшие монахами в скиту, — когда пришли Мазики и опустошили скит, — удалившись оттуда, пришли на место, называемое Теренуф, на время, пока найдут, где им жить, и пробыли там несколько дней в древнем храме. Однажды Авва Анувий сказал Авве Пимену: сделай милость, ты и каждый из братьев твоих пусть живут отдельно в безмолвии, и не будем сходиться друг с другом в сию неделю. Авва Пимен отвечал: сделаем, как ты хочешь. И сделали так. А там в самом храме была каменная статуя. Старец Авва Анувий, вставая по утру, бросал камнями в лицо статуи, а вечером говорил ей: прости мне; я делал так во всю неделю. В день субботний они сошлись вместе. Авва Пимен сказал Авве Анувию: я видел, Авва, что ты во всю эту неделю бросал камни в лицо статуи, и потом кланялся ей: делает ли так правоверующий? Старец отвечал: это я делал для вас. Когда видели, что я бросал камни в лицо статуи, то не говорила ли она чего или не сердилась ли? Авва Пимен сказал: нет! А когда я кланялся ей, трогалась ли и говорила ли: не прощу? Нет, отвечал Авва Пимен. Тогда старец сказал: вот нас семь братьев: если хотите, чтоб нам друг с другом жить вместе, то будем подражать этой статуе, которая не трогается ни обидой, ни честью. Если же не хотите так вести себя, то вот четверо врат в храме: пусть каждый пойдет, куда хочет. Братья пали на землю, и сказали Авве Анувию; все сделаем, как ты, отец, хочешь. Будем послушны словам твоим. И Авва Пимен сказывал: все время жизни нашей мы пробыли вместе, поступая по наставлению старца, которое он дал нам. Одного из нас сделал он экономом, и все, что этот ни предлагал нам, мы ели, и нельзя было никому из нас сказать: принеси нам что-нибудь другое, или не хотим есть сего. Таким образом провели мы все время нашей жизни в тишине и мире.

Пред смертью Аввы Романа собрались к нему ученики его и спрашивали: как нам после тебя управляться? Старец отвечал им: знаю, что никому из вас я не поручал ни одного дела, если прежде не положил в уме своем не гневаться, когда слово мое не будет исполнено. Таким образом все время наше мы прожили в мире.

Один старец пришел к Авве Лоту, жившему близ небольшого озера Арсеноитского, и просил у него себе келью. Авва Лот дал ему келью. Старец этот был не здоров, и Авва Лот покоил его. Если кто приходил посетить Авву Лота, Авва посылал того и к больному старцу. Асей начал предлагать приходящим учение Оригена. Это оскорбило Авву Лота. Он говорил: не подумали бы отцы, что и мы тех же мнений держимся. Выслать же старца из сего места он боялся ради заповеди. И так Авва Лот встал, пошел к Авве Арсению, и рассказал ему о старце. Авва Арсений говорит ему: не выгоняй его, но только скажи ему: вот, — что дал Бог — ешь, пей сколько хоченгь, только не проповедуй такого учения. Если захочет, исправится; а если не захочет исправиться, то сам будет просить, чтобы ему оставить сие место. И тогда не ты будешь сему причиною. — Возвратившись, Авва Лот сделал так. Старец, выслушав Лота, не хотел исправиться, но стал просить: ради Господа вышли меня отсюда, — для меня пустыня несносна. Таким образом старец, собравшись, удалился, напутствуемый любовью.

В Скиту был один монах, по имени Авва Карион. У него было двое детей; оставив их жене своей, он сделался отшельником. Спустя несколько времени, когда был голод в Египте, жена его в крайности пришла в Скит, и привела с собой детей своих: мальчика Захарию и девочку. Она села вдали от старца при озере, которое прилегало к Скиту, где построены были церкви и протекали источники вод. В Скиту было такое обыкновение, что если прийдет женщина поговорить с своим братом, или другим родственником, то они беседовали между собою, сидя один от другого далеко. Тогда жена сказала Авве Кариону: вот ты сделался монахом, и настал голод; кто станет кормить детей твоих? Авва Карион отвечает ей: отпусти их ко мне сюда. Мать говорит детям: ступайте к отцу своему. Они пошли; но девочка возвратилась к матери своей, а мальчик пришел к отцу. Тогда Авва Карион сказал жене своей: теперь хорошо; ты возьми с собой девочку и ступай, а я возьму мальчика. — Авва воспитывал мальчика в Скиту, и все знали, что это сын его. Когда же мальчик пришел в возраст, то в братии возник из-за него ропот. Услышав о том Авва Карион сказал своему сыну: Захария! встань, уйдем отсюда: отцы ропщут. Мальчик отвечал ему Авва! все знают здесь, что я сын твой; но если перейдем в другое место, там не будут меня называть сыном твоим. — Вставай, пойдем отсюда, сказал старец; и отправились в Фиваиду. Поместившись в келье, они провели здесь несколько дней; но и тут поднялся такой же ропот из-за отрока. Тогда отец сказал сыну: Захария! возвратимся в Скит. — Приходят в Скит; но чрез несколько времени возобновился ропот. Тогда отрок Захария пошел на селитряное озеро, разделся, взошел в него, и погрузившись до самых ноздрей, пробыл в нем долгое время, сколько мог. Тело его потеряло свой вид и он стал как бы прокаженный. Вышед из озера, он надел свое платье, и пришел к отцу. Но тот едва узнал его. Когда же, по обыкновению, Захария приступил к Св. Приобщению, поступок его был открыт пресвитеру скитскому св. Исидору. Посмотрев на него с удивлением, пресвитер сказал: отрок Захария в прешедшее воскресенье приходил и приобщался, как человек, а ныне он стал, как Ангел.

Авва Даниил сказывал: прежде нежели Авва Арсений пришел к отцам моим, они жили с Аввою Агафоном. — Авва Агафон любил Авву Александра за то, что сей был строг в жизни и кроток. Случилось однажды, что все ученики Агафона мыли платье на реке. Когда Авва Александр мыл не спеша, то прочие братья сказали старцу: брат Александр ничего не делает. Старец, желая успокоить их, сказал Александру: брат Александр! мое платье лучше, ибо оно льняное. Услышав это, Александр опечалился. После того старец утешил его так: разве я не знаю, что ты хорошо делаешь? Брат мой! я так сказал тебе для них, дабы успокоить их помысел твоим послушанием.

   _______

V, 10.   Будь готов претерпеть гонение за правду.       

  За правду будь готов претерпеть гонение от кого приведется тебе Промыслом Божиим и как приведется оным Промыслом;ибо вся хотящие благочестно жить о Христе Иисусе гонимы будут. (Деян. 14, 22).

   Помни, что гонимым правды ради Господь обещает Царство Небесное как бы взамен того, чего лишаются они через гонение, подобно как оно обещано нищим духом в восполнение чувства недостатка и скудости.

_____________________

  Брат спросил Авву Сисоя: ужели сатана так же преследовал и древних? Нет, отвечал ему старец, ныне более; ибо — время его близко, и он приходит в смятение.

Один старец, монах, живший близ Никополя, после себя оставил Авве Геласию келью с окружающим ее полем. Но какой-то крестьянин Ваката, знаменитого тогда в Никополе Палестинском, — родственник умершего старца, пришел к этому Вакату и просил его взять то поле, как бы долженствовавшее по законам к нему перейти. Вакат, как человек сильный, покушался самовольно отнять поле у Аввы Геласия; но старец не желая отдать монашеской кельи мирянину, не уступал. Вакат подстерег, когда рабочий скот Аввы Геласия перевозил маслины с доставшегося ему поля, силой увел его; взял маслины в свой дом, и едва, и то с бранью, отпустил скот с его упряжью. Блаженный старец совсем не присвоил себе плодов, а только не уступал во владение поля, по сказанной причине. Вакат, раздраженный против старца, и побуждаемый другими нуждами (ибо любил судиться) отправляется в Константинополь, путешествуя пешком. Проходя через Антиохию, где тогда св. Симеон сиял как великое светило (потому что был более, нежели обыкновенный человек), Вакат услышал о делах его и, как христианин, пожелал видеть святого. Св. Симеон, увидев со столпа Ваката, только взошедшего на монастырь спросил: откуда ты, и куда идешь? Вакат отвечал: я из Палестины и иду в Константинополь. А зачем? — спросил св. Симеон. По многим нуждам, отвечал Вакат; надеюсь, по молитвам твоей святости, возвратиться назад и припасть к святым стопам твоим. Св. Симеон отвечал ему: жалкий человек! ты не хочешь признаться, что идешь против челове­ка Божия; но не будет тебе счастья, и ты не увидишь более твоего дома. Итак, если ты послушаешь моего совета, поспеши отсюда к нему, раскайся пред ним, ежели только живым дойдешь до места. Ва­кат тотчас впал в горячку, и бывшие с ним положив его на носилки, спешили, по слову св. Симеона, достигнуть страны своей, чтобы рас­каяться пред Аввою Геласием. Но иришедши в Вирит, он скончался, не увидав дома своего, по предсказанию святого. Сын его, по имени также Вакат, по смерти своего отца об этом рассказывал многим людям, достойным вероятия.

   _______

V, 11-12.   Будь готов претерпеть всякую обиду и даже смерть за имя Христово

и за истинную православную веру.

    Помни, что мученикам за веру Христову и ее исповедание Гос­подь обещает великую награду небесную, т.е. преимущественную и высокую степень блаженства.

____________________

Авва Антоний говорил: приходит время когда люди будут безум­ствовать, и если увидят кого-то безумствующим, восстанут на него и будут говорить: ты безумствуешь, — потому что он не подобен им.

Не одни только ученики Аввы Геласия, но многие, часто посе­щавшие его, рассказывали о нем следующее, во время Вселенского Собора в Халкидоне, Феодосии, один из первых защитников Диоскорова раскола в Палестине, предупреждая других епископов уже на­меревавшихся возвратиться к своим церквам (а он был в Константи­нополе, уже изгнанный из своего отечества за всегдашние вмеша­тельства в возмущения), бросился в монастырь к Авве Геласию и го­ворил, будто Собор утвердил учение Нестория, — думая таким обра­зом увлечь святого на помощь своему обману и расколу. Старец по внешности сего человека и по разумению, свыше ему дарованному, проникнув злое намерение Феодосия, не увлекся на сторону сего противника, как тогда сделали почти все; но отослал его с бесчести­ем, как и прилично было. Он вывел на середину мальчика, которого воскресил из мертвых, и с важным видом сказал Феодосию: если ты хочешь рассуждать о вере, то вот он будет тебя слушать. Феодосии, пристыженный такими словами, устремился в Св. град, и там под ви­дом ревности по Боге, увлекает на свою сторону все монашество, увлекает также и бывшую в то время там царицу, и таким образом, при ее содействии, силой занял Иерусалимский престол, предвосхи­тив его убийствами и другими нечестивыми и противозаконными де­лами, о которых еще и ныне помнят многие. Получив власть и дос­тигнув своей цели, он рукоположил множество епископов, отнимая в тоже время престолы у епископов, еще не возвратившихся. Тогда он призывает и Авву Геласия, приводит его в храм, лаская и вместе уст­рашая. Когда старец вошел в храм, Феодосии говорит ему: произнеси анафему на Ювеналия. Ни мало не устрашившись, Геласий отвечал: я не знаю другого епископа Иерусалимскаго, кроме Ювеналия. Фео­досии, опасаясь, чтобы и другие не стали подражать благочестивой ревности его, велел с бесчестьем выгнать его из церкви. Последова­тели раскола Феодосия взяли старца, обложили его со всех сторон дровами и грозили сжечь его, но видя, что он не боится и не страшит­ся сего, и опасаясь возмущения народного, потому что Геласий был в большой славе (все же это происходило по Божьему Промыслу), без всякого вреда отпустили мученика, который уже сам себя принес Христу во всесожжение.

Когда Авва Милисий с двумя своими учениками жил в Персидских пределах, однажды два царские сына, братья по плоти, выехали, по обыкновению своему, на охоту, растянули сети на большое простран­ство около40 миль, и все, что ни попадалось в них, ловили и убивили копьями. В сетях нашли также и старца с двумя его учениками. Увидя Авву всего в волосах, похожего на дикого зверя, они изумились и спрашивали его: скажи нам, человек ты или дух? — Он отвечал им: я -человек грешный, пришел сюда оплакивать грехи свои; поклоняюсь Иисусу Христу Сыну Бога Живаго. Дети царские сказали ему: нет другого Бога, кроме солнца, огня и воды (которым воздавали они божескую честь). Пойди и принеси им жертву. Старец отвечал: боги ваши суть твари; вы заблуждаетесь; прошу вас, обратитесь и познайте истинного Бога, Творца всяческих. Так ты исповедуешь истинным Богом человека, осужденного и распятого? спросили князья у старца. Старец отвечал: я исповедую истинным Богом Того, Который пригвоздил ко кресту грехи наши, и умертвил смерть. Но они начали мучить его и учеников его и принуждали их принести жертву. После многих мучений обезглавили двух братьев; но старца еще много дней подвергали мучениям; наконец подобно тому, как бывает на охоте, они поставили старца посреди себя, и пускали в него стрелы — один сзади, а другой спереди. Тогда старец сказал: поскольку вы оба вместе решились проливать кровь неповинную, то завтра мгновенно, в этот самый час, мать ваша лишится вас, и отнимется у нее любовь ваша: собственными стрелами вы прольете кровь друг друга. Они не обратили внимания на слова старца, и вышли на другой день на охоту. Во время ловли убежала у них одна лань: они сели на коней, и поскакали догонять ее, и, пустив в нее стрелы, вонзили их друг другу в сердце. Так исполнилось слово старца, которое он сказал, предрекая им наказание. Так они и умерли.

   _______

V, 13-15.   Ищи света истины для души, заблуждениями помраченной, 

и животворной соли для нее, грехом растленной, в переданном миру Апостолами Слове Божьем.

Просвещай душу свою и обновляй ее поучением в оном Слове день и ночь.

Помни: Иисус Христос сказал Апостолам: вы есте соль земли, вы есте свет мира. Слушай вас, Мене слушает, отметаяйся же вас, Мене отметается и Отца Моего (Лк. 10, 16);

Вне Слова Божия не найдешь истинной мудрости или небесного искусства победить в себе страсти и очистить душу от грехов;

Дух Св. через Пророка сказал: блажен человек, который в законе Господнем поучится день и нощь  (Пс. 1:2).

______________________

Авва Епифаний говорил: чтение Писания есть великая защита от греха.

Он же говорил: незнание Божественных законов есть великое предательство своего спасения.

Еще говорил: незнание Писания есть великая стремнина и глубокая пропасть.

Также говорил: приобретение христианских книг для достаточных необходимо. Ибо и самый взор на сии книги останавливает в нас стремление ко греху и побуждает сильнее стремиться к правоте.

Авва Пимен, когда некоторые отцы спрашивали его о грубости сердца, отвечал им: вода по свойству своему мягка, а камень — тверд. Но если над камнем висит желобок, то вода, стекая каплями, мало-помалу пробивает камень. Так и Слово Божье мягко, а сердце наше грубо; но если человек часто слушает Слово Божье, то страх приходит в сердце его.

Авва Исидор говорил: мудрость Святых состоит в познании воли Божьей; потому что человек, как образ и подобие Божье, возвышается над всем в послушании истине. Не так страшны все демоны, как следование собственному сердцу, а не закону Божьему. Под конец человек будет плакать о том, что не познал таинства и не нашел пути Святых, дабы работать на нем.

Брат просил Авву Сисоя Фивейского дать ему наставление. — Что мне сказать тебе? отвечал старец. Я читаю Новый Завет, и не забываю Ветхого.

   _______

V, 16.   Да просветится пред человеками, по примеру Апостолов и преемников их, и твой свет, заимствованный тобою от света Божественной истины.        

1. Созидай брата, спасай его как добрым примером своим, так соединенным с доброй жизнью добрым словом.

2. Примечание. Берегись учить самодовольно, тщеславно, без нужды, навязчиво и еще без приспособления к силам и способностям братьев.

________________________

1. Авва Феона говорил: хотя иной и приобретает добродетели, но Бог не для него одного подает благодать Свою. Ибо Бог знает, что он не пребыл бы верен в труде своем. Но если благодать через него сообщается и ближнему его, тогда она пребывает в нем.

Авва Иаков говорил: не слова только нужны; ибо ныне много говорят люди: но нужны дела — они спрашиваются, а не слова, которые не приносят плода.

Авва Пимен говорил: что пользы в том, если кто строит чужой дом, а свой разрушает?

Рассказывали об Авве Исидоре, пресвитере Скитском: если кто имел у себя брата слабого или нерадивого или ругателя и хотел прогнать его от себя, то Авва Исидор говорил: приведи его ко мне. Принимая такого к себе, он спасал его своим терпением.

Три отца имели обыкновение ежегодно приходить к блаженному Антонию. Два из них спрашивали его о помыслах и о спасении души, а третий всегда молчал и ни о чем не спрашивал. После долгого времени Авва Антоний говорит ему: вот ты сколько времени ходишь сюда, и ни о чем не спрашиваешь меня? Сей отвечал ему: для меня, отец, довольно и смотреть на тебя.

Брат спросил Авву Сисоя: дай мне наставление. Старец сказал, что ты заставляешь меня празднословить? Делай, что видишь.

Рассказывали об Авве Макарии Египетском: шел он некогда из Скита в гору Нитрийскую, и приближаясь к месту, сказал ученику своему: пойди несколько вперед. Ученик, идя вперед, встретился с одним языческим жрецом и стал кричать ему: эй, эй! демон, куда идешь? Жрец, оборотившись, начал бить его, и оставил полумертвым. Потом поднял дерево, которое нес, и побежал. Отойдя несколько вперед, встретился он с Аввою Макарием. Старец сказал ему: будь здоров, будь здоров, человек трудолюбивый! Жрец удивился, подошел к нему и спросил: что ты нашел во мне доброго, что приветствуешь меня? Старец отвечал: я вижу, что ты трудишься, хотя и не знаешь, что напрасно трудишься. Жрец сказал, твое приветствие поразило меня, и я вижу, что ты человек Божий, а другой злой монах, встретившись со мною, обругал меня, и я избил его до смерти. Старец узнал, что это был ученик его. Жрец же, ухватившись за ноги Макария, говорил: не отпущу тебя, пока не сделаешь меня монахом. Итак пошли они вперед к тому месту, где был монах, и подняли его и принесли в церковь Горы. Отцы, видя жреца вместе с Макарием, удивились, и сделали его монахом, а через него и многие из язычников сделались христианами. По этому случаю Авва Макарий говаривал: худое слово и добрых делает худыми, а слово доброе и худых делает добрыми.

Один брат, живший недалеко от Аввы Пимена, пошел некогда в чужую страну. Там встретился он с одним отшельником, которого очень любили, и многие ходили к нему. Брат рассказывал ему об Авве Пимене. Старец, услышав о добродетельной жизни Аввы, пожелал видеть его. По возвращении брата в Египет, через несколько времени и отшельник пошел в Египет к тому брату, который был у него, ибо тот сказал ему, где он живет. Брат, увидев его, удивился и очень обрадовался. Отшельник сказал ему: сделай милость, проводи меня к Авве Пимену. Брат взял его, пошел с ним к старцу, и так говорил о нем Пимену: это великий муж; он очень любим и уважаем в своей стране; я рассказал ему о тебе, и он пришел, желая видеть тебя. — Старец принял странника с радостью, и по взаимном приветствии они сели. Странник начал говорить от Писания о предметах духовных и небесных. Но Авва Пимен отвратил от него лицо свое и ничего не отвечал ему. Тот, видя, что старец не говорит с ним, пошел от него с прискорбиемем, и сказал брату, который его привел: напрасно предпринимал я такой путь; пришел я к старцу, а он не хочет и говорить со мною. Брат пошел к Авве Пимену и сказал ему: Авва! для тебя пришел этот великий муж, столь славный в стране своей; почему же ты не говоришь с ним? Старец отвечал ему: он от вышних и говорит о небесном, а я от дольних , и говорю о земном. Если бы он говорил со мною о душевных страстях, я отвечал бы ему; но он говорит о духовном, чего я не знаю. Брат вышел от Аввы и сказал пришельцу: старец не вдруг говорит от Писания, но если кто рассуждает с ним о душевных страстях, тому он отвечает. Тронутый сим, странник вошел к старцу, и сказал ему: что мне делать, Авва? мною владеют страсти душевные. Посмотрев на него, старец сказал с радостью: теперь хорошо ты пришел; теперь отвер зу уста мои, и исполню их благ. Отшельник, получив великое нази дание, говорил: действительно, это истинный путь! — И возвратился в свою страну, благодаря Бога за то, что удостоил его видеть столь святого мужа.

Авва Псенфаисий, Авва Сур и Авва Псой говорили: слушая на ставления отца нашего Аввы Пахомия, мы получили большую пользу; ибо он возбудил в нас ревность к добрым делам. Видя, что хотя он молчит, но дела его поучительно говорят — мы дивились и говорили между собою: думали мы, что Сам Бог, творит святыни, что святые святы еще от чрева матери своей, что святые не могут по своей воле ни лишиться, ни достигнуть святости, и что грешники не могут жить благочестиво, потому что они сотворены грешниками, но теперь ясно видим благодать Божию в сем отце нашем. Он произошел от родителей язычников, и сделался столь благочестивым и столько украсился добродетелями по всем заповедям Божиим. Посему и мы мо жем и все могут последовать ему, как сам он, следует святым. Сказано в Писании: приидите ко мне все труждающиися и обремененные, и Аз упокою вы (Матф. 11 , 28). Итак умрем греху и поживем с человеком сим, ибо он прямо ведет, нас к   Богу.

  2.  Говорил Авва Илия, из диаконов: какую силу грех имеет там, где есть покаяние? И что пользы от  любви там, где есть надмение?

Братья пришли к Авве Филиксу в сопровождении некоторых ми рян, и просили его дать им наставление. Старец молчал. Когда же они сильно упрашивали, сказал им: вы хотите услышать наставление? — Так, Авва! отвечали они. Старец сказал им: ныне нет наставления. Когда братья спрашивали старцев, и исполняли, что старцы говори ли им, тогда Сам Бог сообщал старцам дар слова; а ныне, когда толь ко спрашивают, а не делают того, что слышат, Бог отнял у старцев благодать слова, и они не находят, что говорить, потому что некому исполнять слова их. Братья, услышав это, вздохнули и сказали: по молись о нас, Авва!

Авва Исаак говорил братьям: я уже не даю вам заповедей; ибо вы не храните их.

Авва Макарий однажды ходил к Авве Антонию и побеседовав с ним, возвращался в Скит. Отцы вышли к нему навстречу. Старец, беседуя с ними, сказал: я говорил Авве Антонию, что у нас здесь нет приношения. Отцы начали говорить о другом, и не спрашивали старца, что отвечал ему Антоний. И старец не сказал им. Тогда один из старцев заметил: так, если отцы увидят, что братья забывают спросить о деле для них полезном, то сами за долг себе вменяют начать речь о сем, Но если братья не вынуждают их к продолжению разговора, то они уже перестают говорить, дабы не показать, что они говорят тогда, когда их не спрашивают, и чтобы слова их не остались пустыми.

Пришел один брат к Авве Пимену и сказал ему: я засеваю поле и после делаю из того вечерю любви. Старец отвечал: хорошо ты дела ешь. Брат ушел от него с радостью, и еще более старался о вечерях любви. Авва Анувий, услышав об этом, сказал Авве Пимену: не боишься ли Бога, что дал ты такой ответ брату? — Старец промолчал. Через два дня Авва Пимен послал за братом и при Авве Анувий спро сил его: что ты мне говорил в тот раз? ум мой занят был тогда дру гим. Брат отвечал: я говорил: что засеваю свое поле, и после из того делаю вечерю любви. Авва Пимен сказал ему: я думал, что ты гово рил о брате своем, мирянине. Если ты сам так делаешь, то такое дело не прилично тебе. Брат, услышав это, огорчился, и сказал: кроме сего я не знаю никакого другого дела, а потому не могу не засевать своего поля. — По уходе брата Авва Анувий поклонился старцу и сказал: прости меня. Авва Пимен говорит ему: я и прежде знал что это не его дело; но сказал так согласно с его мыслями, и тем возбу дил в нем ревность к преуспеянию в любви. Теперь он ушел от нас в огорчении, и опять то же будет делать.

   _______

V, 17-20.    Исполни до малейшей черты и потом других научи исполнить до малейшей же черты

открытую Сыном Божиим волю

Отца Небесного, как Он Сам исполнил Его волю до малейшей черты.                  

1. Помни, что иначе нельзя приобрести Царствия Божия. Ибо Слово Божие непреложно. Не мните, говорит Господь, яко приидох разорати закон или пророки. Не приидох разорити закон, но исполнити. Аминь бо глаголю вам, дондеже прейдет небо и земля, йота едина или едина черта не прейдет от закона дондеже вся будут. И иже аще разорит едину заповедей сих малых и на учит тако человеки, мний наречется в Царствии Небесном В день явления Царствия Божия он наречется малым, последним, недостойным входа в оное Царствие.) А иже сотво рит и научит, сей велий наречется в Царствии Небесном. (В день явления Царствия Божия он наречется великим, слав ным, достойным входа в оное Царствие.) Глаголю бо вам, яко аще не избудет правда ваша паче книжник и фарисей не внидете в царствие небесное. Дано нам много и взыскивается с нас многое (Лук. 12, 48): законникам ветхозаветным не был открыт как нам внутренний смысл закона, дух и сила его; и не были им сообщены как нам все Божественные силы к исполнению закона. (2 Петр. 1, 3-4).

 2.  Примечание. Делай дело Божие не так, как нерадиво делают его другие.

 __________________

  1.  Авва Исидор пресвитер говорил: если желаешь спасения, делай все, что ведет к спасению.

Некто спросил Авву Антония: что мне делать, чтобы угодить Богу?

Старец отвечал: что бы ни делал ты, имей на это свидетельство в Священном Писании.

Авва Пист говорил: имеющий истинное ведение исполняет все Пи сание.

«Авва Агафон говорил: не должно доводить себя до того, чтобы совесть обличала в каком-либо деле.

Брат спросил Авву Пимена: как должно жить человеку? Старец отвечал: посмотрим на Даниила: не нашлось на него иного обвине ния, как только в служении Госиоду Богу его.

Авва Иоанн Колов говорил: каждый день, вставая утром, начинай соблюдать каждую добродетель и заповедь Божию.

Авва Пимен говорил: когда человек намерен строить дом, то со бирает множество материалов и различного рода веществ, чтобы можно было ему поставить дом. Так и мы должны приобретать, хотя в некоторой степени, все добродетели.

Один брат спросил Авву Пимена: может ли человек уповать на одно доброе дело? Старец отвечал ему: Авва Иоанн Колов говорил: я желаю, хотя в некоторой степени, иметь все добродетели.

Авва Епифаний Епископ Кипрский говорил: кающимся грешникам Бог прощает долг, как простил блуднице, разбойнику и мытарю, а от праведников требует и приращения. О сем сказал Он Апостолам: аще не избудет правда ваша паче книжник и фарисей, не зайдете в царствие небесное.

Авва Моисей спросил Авву Силуана: может ли человек каждый день начинать свои дела? Старец отвечал: если он добрый делатель, то может и каждый час.

Авва Алоний говорил: человек, если захочет, от утра до вечера будет приходить в меру Божественную.

Авва Пимен говорил об Авве Пиоре, что он каждый день начинал какую-либо добродетель.

Сказывали об Авве Диоскоре, что, оканчивая одно дело, он при нимался за другое.

Авва Матой говорил об Авве Тифое, что нет человека, который бы мог упрекнуть Авву Тифоя в каком-либо деле. Авва Тифой подобен чистому золоту, стоящему на весах.

Сказывали, что Авва Агафон старался исполнять всякую заповедь. Когда он входил на лодку, сам первый принимался за весло. Когда приходили к нему братья, то тотчас после молитвы своими руками предлагал им трапезу, ибо исполнен был любви Божьей. Пред смертью своею он пробыл три дня с отверстыми, неподвижными очами. Братья толкнули его и спросили: Авва Агафон, где ты? Он отвечал им: стою пред судилищем Божиим. Братья сказали ему: и ты отец, боишься? Он отвечал им: сколько мог, я трудился в исполнении заповедей Божиих; но я человек: почему мне знать, угодны ли были дела мои Богу? Братья еще сказали ему: и ты неуверен, что дела твои были угодны Богу? Старец отвечал; не имею дерзновения, пока не предстану Богу, ибо иное суд человеческий, а иное суд Божий. Когда же они еще хотели спросить его о чем-то, он сказал им: сделайте милость, не говорите больше со мною, мне не свободно; — и тотчас скончался с радостью. Ибо братья видели, что отходил он от сей жизни с таким же взором, с каким иной приветствует своих друзей и возлюбленных. Он строго бдел над собою во всяком случае, и говаривал: без. великой бдительности человек не успеет ни в одной добродетели.

Некто говорил Авве Иоанну Персиянину: столько мы трудились ради царствия небесного, будем ли наследниками его? Старец отвечал: верую, что буду наследником горнего Иерусалима, напи-саннаго на небесах;верен во есть обещавши (Евр. 10, 23). И почему мне не надеяться? Я был страннолюбив , как Авраам; кроток, как Моисей; свят, как Аарон; терпелив как Иов; смирен, как Давид; жил в пустыне, как Иоанн; плакал, как Иеремия; был учителей (1 Тим. 3, 2), как Павел; верен, как Петр; мудр , как Соломон. И как разбойник верую, что Тот, Который по Своей благости даровал мне сии дары, дарует и царствие.

2.   Авва Даниил говорил: Авва Арсений рассказывал нам будто об ином каком-то человеке, — и вероятно это был он сам, — следующее: к одному старцу, когда он сидел в келье своей, был голос: иди! покажу тебе дела человеческие. Он встал и пошел. Голос привел его в одно место и показал ему Ефиоплянина, который рубил дрова, и нарубив большое бремя, хотел нести оное, но не мог: вместо того, чтобы убавить из бремени, он опять рубил дрова и прикладывал к бремени, и это делал очень долго. Когда старец прошел немного далее, голос еще показал ему человека, который стоял у колодезя, и, черпая из него воду, лил ее в пробитый сосуд, и вода вся опять уходила в колодец. Потом сказал ему: пойди! покажу тебе еще иное. И видит старец храм двух мужей, которые сидели на конях и держали бревно косвенно один против другого. Они хотели войти в двери, но не могли, потому что бревно было концами по сторонам дверей, а ни один из них не хотел смириться и стать позади другого, чтобы пронести бревно вдоль, и потому оба оставались за дверьми. Это, — говорит голос, — те люди, которые как будто бы несут иго правды, но с гордостью, и не хотят смириться и идти путем смирения Христова; почему и остаются вне царствия Божья. Рубящий же дрова означает человека, обремененного многими грехами, который вместо того, чтобы покаяться в них, прилагает к грехам своим новые беззакония. А черпающий воду изображает такого человека, который хотя делает добрые дела, но примешивает к ним и худые, а через то губит и добрые дела свои. Итак, всякому человеку надобно бдеть над своими делами, чтобы не напрасно трудиться.

Авва Иоанн сказывал: одному из старцев в восхищении было такое видение: три монаха стояли на одном берегу моря и с другого был к ним голос, говорящий: возьмите крылья огненные и летите ко мне. Двое из них взяли и перелетели на другую сторону, — но третий остался, и горько плакал и кричал, после и ему даны были крылья, только не огненные, но слабые и не сильные, так что он погружался в море, с трудом опять поднимался и после многой скорби достиг другого берега. Так и люди сего века, хотя и берут крылья, но берут крылья не огненные, а только слабые и бессильные.

Авва Исидор Пелусиот говорил: многие из людей стремятся к добродетели, но медлят идти путем, ведущим к ней. Другие же и не думают, что есть добродетель.

Авва Пимен говорил: люди совершенны только на словах, а делают очень мало.

Он же говорил: злоба людей скрывается за спиною их. Брат пришел к Авве Илии молчальнику в монастыре при пещере Аввы Саввы и говорит ему: дай мне наставление! Старец отвечал брату: во дни отцов наших были три любимые добродетели сии: нестяжание, кротость и воздержание, а ныне преобладают: любостяжание, обжорство и дерзость. Избирай что хочешь.

   _______

V, 21-22.     Не гневайся на брата своего всуе.     

  1.  Не гневайся на брата своего из временного или из любви к земному.

  2.  Примечание. Только из святой любви или паче из ревности к славе Божьей гневайся на брата.

  Помни, что Господь подвергает суетный гнев на ближнего, даже и внутренний, страшному суду: речено бысть древним: не убиеши. Иже бо аще убиет, повинен есть суду. Аз же глаголю вам: яко всяк гневайся на брата своего всуе повинен есть суду.

______________________

1. Авва Пимен сказал: Бог дал Израильтянам закон — воздерживаться от противоестественного, т.е. от гнева, ярости, зависти, ненависти, клеветы на брата и прочего, что принадлежит ветхому человеку.

Брат спросил Авву Пимена: что значит гневаться на брата своего всуе? Всуе гневаешься, отвечал старец, если гневаешься за всякую обиду, которой обижает, тебя брат твой. Даже хотя бы брат твой выколол у тебя правый глаз, или отсек тебе правую руку, и ты стал бы на него гневаться, — ты гневался бы на него всуе. Тогда только гневайся на брата, когда он удаляет тебя от Бога.

Мать Синклитикия говорила: хорошо не гневаться; но если ты разгневан, то знай, что не к послаблению страсти твоей назначил меру дня сказавший: солнце да не зайдет во гневе вашем (Еф. 4, 26). А ты ожидаешь, пока пройдет все это время. Зачем ты ненавидишь оскорбившего тебя человека? Не он оскорбил тебя, а диавол; питай ненависть к болезни, а не к больному.

Авва Макарий говорил: если мы будем помнить о зле, какое сделали нам люди, — в нас ослабеет памятованье о Боге; если же мы будем помнить о зле, наносимом демонами, будем безопасны от стрел их.

Авва Питирион, ученик Аввы Антония, говорил: кто хочет изгонять демонов, тот прежде должен покорить себе страсти. Ибо кто преодолеет какую-либо страсть,- тот выгоняет и беса ее. Например, демон приходит с гневом. Если ты укротил гнев, то и бес гнева выгнан. То же должно сказать и о каждой страсти.

Авва Макарий говорил: если ты, делая кому-либо выговор, приходишь в гнев, то удовлетворяешь своей страсти. Таким образом ты, не спасая других, погубишь себя.

Авва Агафон говорил: гневливый человек хотя бы мертвого воскресил, не будет угоден пред Богом.

Спросили Авву Исаию что есть гнев? Он, отвечал: ссора, ложь и невежество.

Братья хвалили Авве Антонию одного монаха. Когда монах сей пришел, Антоний захотел испытать его , перенесет ли он оскорбление, и увидев, что не переносит сказал ему: ты похож на село, которое спереди красиво, а сзади разграблено разбойниками.

Однажды братья потерпели оскорбление на месте своего пребывания, и желая оставить сие место, пошли к Авве Аммону, а старец в это время плыл куда-то по реке. Увидев, что они идут по берегу реки, он сказал корабельщикам: высадите меня на берег и, подозвав братьев, сказал им: я Аммон, к которому вы идете. Утешив сердца их,- он уговорил их воротиться на место, из которого вышли. Ибо случившееся с ними не вредило душе их, но было оскорбление человеческое.

Авва Павел и Тимофей, занимаясь в Скиту мастерством, терпели беспокойство от братьев. Однажды Тимофей говорит своему брату: чего мы хотим от нашего искусства? Целый день нам нет покоя. Авва Павел сказал ему в ответ: довольно с нас и ночного безмолвия, если только ум наш будет бодрствовать.

Братья Аввы Пимена сказали ему: пойдем отсюда. Здешние монастыри беспокоят нас, и мы губим души свои. Вот и дети своим плачем не дают нам безмолвствовать. Авва Пимен отвечал им: из-за голосов Ангельских хотите вы уйти отсюда!

Авва Аммон говорил: четырнадцать лет провел я в Ските и молился Богу днем и ночью о том, чтобы Он даровал мне силу победить гнев (пример постоянства в преодолении гнева). Авва Исидор рассказывал о себе: пошел я однажды на торжище продавать небольшие корзины. Приметив, что мною начинает одолевать гнев, я оставил корзины и убежал.

Авва Иоанн Колов сказывал: однажды шел я со своим плетением по скитской дороге и встретился с погонщиком верблюдов. Он своими словами довел меня до гнева; и я убежал, оставив свои корзины.

Во время собрания в Скиту, отцы хотели испытать Авву Моисея. С презрением к нему они говорили между собою: для чего этот эфиоп ходит в наше собрание? — Моисей услышав это, молчал. Когда братья разошлись, отцы спросили его: ужели ты ни мало не смутился, Авва? Он отвечал им: смутихся и не глаголах (Пс. 76, 5).

Авва Кассиан рассказывал: Авва Иоанн, игумен великой Киновии, пришел к Авве Паисию, который сорок лет провел в самой уединенной пустыне. Имея к нему великую любовь и по любви свободу говорить с ним, Иоанн спросил его: какой подвиг совершил ты во столько времени в таком уединении, не тревожимый никем? Авва Паисий отвечал: с тех пор, как я уединился, солнце никогда не видало меня за трапезой. — А меня не видало во гневе, сказал Авва Иоанн.

Авва Исидор говорил: вот уже сорок лет, как я, хотя ощущаю греховные помыслы, но никогда не предавался ни пожеланиям, ни гневу.

Брат спросил Авву Пимена: что мне делать? — меня искушает дух блуда и гнева. Старец отвечал: Давид говорит о себе: льва я поражал и медведя задушил (1 Цар. 17, 35), а это может означать: я истреблял гнев и блудный помысл сокрушал трудами.

2. Рассказывали об Авве Агафоне следующее: пришли к нему некоторые, услышав о великой его рассудительности. Желая испытать, не рассердится ли он, спрашивают его: ты Агафон? мы слышали о тебе, что ты блудник и гордец? Он отвечал: да, это правда. Они опять спрашивают его: ты, Агафон, пустослов и клеветник? Он отвечал: я. И еще говорят: ты, Агафон, еретик. Он отвечал: нет, я не еретик. Затем просили его: скажи нам, почему ты на первые вопросы соглашался, а последнего не вынес? Он отвечал им первые пороки я признаю за собою: ибо это признание душе моей; а быть еретиком значит быть в отлучении от Бога; но быть отлученным от Бога я не хочу. Услышав сие, они удивились рассудительности его, и отошли, получив назидание.

Однажды ученик Аввы Силуана, Захария, без согласия Аввы, вышел из кельи, и, взяв с собою братьев, разломал ограду сада и распространил его. Старец, узнавши об этом, взял свою милоть, вышел из кельи и говорит: братья, помолитесь обо мне! Братья, увидев его, пали к ногам его, и говорили: скажи нам, отец, что с тобою сделалось? Старец отвечал им: я не пойду в келью свою и не скину с себя милоти, пока не переставите ограды на прежнее место. Братья снова разломали ограду, и поставили ее на прежнем месте. Тогда старец возвратился в келью свою.

   _______

V. 22.    Не злословь брата своего, не говори ему в суетном гневе

на него: рака и уроде.

             

 Ни лично, ни заочно не злословь ближнего, не обзывай его словами сколько ни есть нескромными, непристойными или беcчинными, и уродом, т.е. безумным, в суетном гневе на него.

  Примечание.  Только из святой любви или паче из ревности к славе Божьей можешь называть иных, как назвал св. Ап. Павел Галатов за то, что они дали себя обольстить пагубным учением иудеев, бессмысленными  (Галат. 3, 1).

 Помни:  злословящий ближнего, если только не заглушил в себе совести, в смущениях ее и сам чувствует живо заслуженную им будущую кару Божию.

______________________

Один брат просил Авву Иеракса: скажи мне слово, как спастись? Старец, отвечал ему: сиди в своей келье; если голоден, ешь; если жаждешь, пей; никого не злословь; и спасешься.

Авва Иперехий говорил: лучше есть мясо и пить вино, нежели злословием снедать плоть брата своего.

Он же говорил: змий изгнал Еву из рая клеветой; посему злословящий ближнего подобен змию. Он губит душу того, кто слушает его — не спасает и своей.

Авва Метефий говорил: прежде, когда мы собирались друг к другу и рассуждали о пользе души своей, укрепляя друг друга, мы в стройных хорах восходили на небеса. А ныне, когда собираемся и злословим друг друга, нисходим в ад.

Авва Иперехий говорил: кто не удерживает языка своего во время гнева, тот не удержит и своих страстей.

Один брат спросил Авву Исидора: почему демоны так сильно боятся тебя? Потому, отвечал старец, что я стараюсь не допускать гнева до гортани моей.

Спросили Авву Исайю: что есть злословие? Он отвечал: неведение славы Божьей и ненависть к ближнему.

   _______

V, 23-26.    Сперва, лично ли то или заочно, примирись с оскорбленным тобою братом своим

и потом приступай к Богу с чем-либо Ему благоугодным;

примирись скорее, дабы смерть не постигла тебя не примирившимся.

 Помни, что иначе ты найдешь в Боге не Отца милосердного, а только Судью строгого, и когда умрешь (а смерть может неожиданно постигнуть тебя), будет уделом твоим вечная смерть. Судья Бог предаст тебя Своим Ангелам для ввержения тебя в темницу духовную, где ты лишишься света и блаженства.

____________________

    Авва Ор говорил: если ты злословил брата своего, и совесть твоя мучит тебя, то пойди, поклонись ему и скажи: я злословил тебя, — и уверь брата, что не будешь более оскорблять его. Злословие есть смерть души.

Авва Витимий спросил Авву Пимена: если кто будет иметь на меня вражду, и я попрошу у него прощения, а он не простит меня: что мне тогда делать? Возьми с собой двух братьев, отвечал старец, и проси у него прощения. Если опять не простит, возьми других пять; если же и при сих не простит, возьми священника. А если и тогда не простит, молись спокойно Богу, да Сам Он вразумит его, а ты не заботься.

Авва Агафон говорил: я никогда не ложился спать, имея что-либо против другого, и сколько мог не допускал также, чтобы кто-либо отходил ко сну, имея что-нибудь против меня.

Авва Исаак говорил: никогда не вносил я в келью мою домысла против брата, который оскорбил меня; также старался не оставлять брата в келье его с помыслом против меня.

   _______

V, 27-30.    Не любодествуй и душою своею, не только телом.

 Всяким хранением блюди не одно только тело свое от блуда, но и сердце свое от него. Если же соблазняет тебя глаз твой, то твердо решись и не смотреть на лицо и предмет соблазняющие.

 Помни, что душа и при девстве тела может творить блуд, аничто скверное не войдет в царствие Божие. (Апок. 21, 27.  Ефес. 5, 5.)

________________________

Авва Пимен говорил: как царский оруженосец всегда стоит пред царем в готовности, так и душа должна быть всегда готова против демона блуда.

Авва Матой рассказывал: пришел ко мне брат и говорил что злословие хуже блуда. Я отвечал ему: жестоко слово твое. Брат говорит: а для тебя как кажется это дело? Я сказал ему: хотя злословие худо, но оно скоро врачуется. Часто злословящий раскаивается, и говорит: худо говорил я. Но прелюбодеяние по естеству своему есть уже смерть.

Авва Геронтий Петрский говорил: многие, искушаемые плотскими удовольствиями, не совокупляясь телесно, блудодействовали мыслью, и сохраняя девство тела, блудодействуют душой. Итак хорошо, возлюбленные, исполнять слово Писания, и всяким хранением блюсти свое сердце (Притч. 4, 23).

Мать Синклитикия говорила: мы, принявшие на себя такой обет, должны сохранять целомудрие совершеннейшее. И у мирян, повидимому, есть целомудрие, но вместе есть и нецеломудрие; потому что они грешат всеми прочими чувствами: они и смотрят нескромно, и смеются бесчинно.

Некто спросил Авву Кира о блудном помысле. Он отвечал: если у тебя нет помысла, то нет и упования. Если нет помыслов, то есть дело. Это значит: кто не борется со грехом в уме и не восстает против него, тот совершает его телом, кто имеет дело, на того не нападают помыслы. При этом старец спросил брата: не имеешь ли ты привычки беседовать с женщиной? Нет, отвечал брат; но мне приходят на мысль древние и новые живописцы. Памятники и изображения женщин возмущают меня. — Старец сказал ему: мертвых не бойся, но бегай живых, и чаще упражняйся в молитве.

Брат просил Авву Матоя: дай мне наставление. Авва Матой между другими наставлениями сказал ему: не имей дружбы с отроком, не знайся с женщиной, не дружи с еретиком .

Один брат просил Авву Даниила: дай мне одну какую-нибудь заповедь, и я буду соблюдать ее. Авва говорит ему: никогда не опускай руки своей в блюдо вместе с женщиной, и не ешь с нею. Через это ты несколько убежишь от демона блуда.

Авва Феодор Фермейский говорил: не ложись спать там, где есть женщина.

Ученик Аввы Сисоя говорил ему: отец! ты уже состарился: пойдем наконец в селение. Пойдем туда, сказал ему старец, где нет женщины. Где же нет женщины, кроме пустыни? отвечал ему ученик. Веди меня в пустыню, сказал  старец.

Некогда во время пребывания Аввы Арсения в Канопе одна весьма богатая и богобоязненная девица, из сенаторского рода, пришла из Рима видеть его. Архиепископ Феофил принял ее. Она просила Архиепископа убедить старца, чтобы он принял ее, Архиепископ пошел к Авве Арсению, и просил его, говоря: такая-то девица сенаторскаго рода желает видеть тебя. Но старец не согласился выйти к ней. Когда сказали об этом девице, она приказывает запрягать ослов, говоря: я надеюсь на Бога, что увижу старца, ибо я пришла видеть не человека. Людей много у нас и в городе, но я пришла видеть пророка. Когда она достигла кельи старца, случилось, по устроению Божию, быть ему вне кельи. Увидев старца, девица пала к ногам его. Но он поднял ее с гневом, и, смотря на нее, сказал: если хочешь видеть лицо мое, то вот смотри! Девица от стыда не взглянула на лицо его. Старец говорит ей: разве не слышала ты о делах моих? На них должно смотреть. Как ты решилась плыть так далеко? Разве не знаешь ты, что ты женщина, что тебе никогда не должно никуда выходить? Или ты для того пришла, чтобы по возвращении в Рим сказать другим женщинам: я видела Арсения, — и море сделается путем женщин, идущих ко мне? Девица отвечала: если Богу будет угодно, я не допущу ни одной женщине прийти сюда;- но ты молись о мне и поминай меня всегда! Старец в ответ сказал ей: буду молиться Господу, чтобы из сердца моего Он изгнал память о тебе. Услышав сие, она пошла в смущении, и по возвращении в город от печали впала в горячку. О болезни ее сказали блаженному Архиепископу Феофилу. Он пришел к ней и просил ее сказать, что с нею случилось? Девица отвечала: лучше бы никогда не приходить мне сюда! Я сказала старцу: помни обо мне, а он отвечал: буду молиться Богу, чтобы изгладилась из сердца моего память о тебе, — и вот я умираю от печали. Архиепископ сказал ей: или не знаешь, что ты женщина, и что через женщин враг воюет на святых? Потому так и отвечал тебе старец, а о душе твоей он будет всегда молиться. Таким образом успокоилась девица в мыслях, и с радостью отправилась в отечество.

Авва Пимен говорил: если кто живет вместе с отроком и увлекается им к какой-нибудь страсти ветхого человека, но несмотря на то, не удаляет его от себя, то он похож на господина, который владеет полем, пожираемым червями.

Авва Исаак, пресвитер из Келлий, говорил братьям: не приводите сюда детей! от них опустели в Скиту четыре церкви.

Авва Макарий говорил братьям о запустении Скита: когда увидите келью, построенную близ озера, то знайте, что близко запустение Скита. Когда же увидите дерева, — оно у дверей; когда же увидите отроков, — берите свои милоти, и удаляйтесь.

Авва Евдемон рассказывал об Авве Пафнутии отце Скита. Еще будучи юношей, приходил я к нему в Скит; но он не позволил мне там остаться, говоря: при себе никак не позволю жить в Скиту женскому лицу, дабы враг не напал.

Авва Макарий говорил: не спи в келье брата, о котором идет худая молва.

Авва Пимен говорил: что касается до блуда и злоречия, то человеку совсем не должно говорить о сих помыслах, и даже не думать о них в сердце своем. Ибо, если кто захочет внимательно рассуждать о них в сердце своем, не получит пользы; а будет иметь покой, если станет удаляться них.

Авва Фока рассказывал: Авва Иаков, пришедши в Скит, сильно был искушаем от демона блуда; и находясь близ опасности, пришел он ко мне, и открыл мне свое состояние. Потом сказал: через два дня я уйду в такую-то пещеру (для поста); прошу тебя, ради Господа, никому об этом не сказывай, ни даже отцу моему; но отсчитай сорок дней, и по прошествии их, сделай милость, прийди ко мне и принеси с собою Святого Причастия. Если найдешь меня мертвым, похорони меня; а если живым, то приобщи Св. Тайн. Я обещался; и когда прошло сорок дней, взяв Святое Причастие, также обыкновенный чистый хлеб и немного вина, я пошел к нему. Приближаясь к пещере, почувствовал я сильный дурной запах, который выходил из пещеры, и сказал сам с собою: почил блаженный! Вошедши в пещеру, нашел его полумертвым; а он, приметив меня, собрал все силы и сделал небольшое движение правой рукой, напомнив сим движением руки о Св. Причастии. Я сказал ему: имею. Хотел я открыть уста его, но они были крепко сжаты. Не зная, что делать, вышел я в пустыню, и сорвал с куста небольшую ветку. Ею с большим трудом едва мог я несколько открыть уста его, и приобщил его Честного Тела и Крови, раздробляя первое сколько можно мельче. От приобщения Св. Тайн Авва Иаков получил силу. Немного спустя дал я ему несколько крошек обыкновенного хлеба, размочив их в вине; потом еще немного, сколько мог он принять. Таким образом, по благодати Божьей, через день он пошел со мною, пришел в свою келью, и с того времени, при помощи Божьей, освободился от пагубной страсти блуда.

   _______

V. 31-32.   Бойтесь, соединенные браком, незаконного развода.

 Помните, что Господь запретил развод от начала создания (Матф. 19, 8. 4. 6), и что всяк, отпущаяй жену, разве словесе любодейнаго, творит ю прелюбодействовати, и иже пущеницу поймет, прелюбодействует.

_______

V, 33-37.   Избегай в обыкновенных разговорах своих божбы и клятвы, 

хотя бы ты и правду говорил, но говори: ей, ей; ни, ни.

 Без важной причины не клянись небом — оно есть престол Божий, ни землею — она есть подножие ног Его, ни святынею какою-либо, ни своею головой — она есть премудрое создание Божье.

 Примечание. Только в случаях важных, необходимых употребляй клятву и присягу с благоговением. Такую клятву уважал Сам Иисус Христос в других (Матф. 26, 63-64.) Ее нередко употреблял св. Апостол Павел (Рим. 1, 9.  2 Кор. 1, 23).

___________________

Помни: божба или клятва, в обыкновенных разговорах употребляемая, происходит от неимения надлежащего страха Божья. Проникнутый истинным благоговением к Богу произносит имя Божье благоговейно, трепетно, но не как и где случилось или пришлось.

Авва Нистерой Великий говорил: христианину должны быть чужды: клятва и клятвопреступление.

Некто из отцов спросил Авву Пимена: кто это говорит: причастник аз есмь всем боящимся Тебе (Пс. 118. 63)? Это говорит Дух Святой отвечал старец.

Об Авве Оре сказывали, что он никогда не лгал и не божился, никому не желал зла, и без крайней нужды не говорил.

   _______

V, 38-39.   Злу не противься злом, не воздавай злом за зло.

 Не мсти за обиду, ни сам лично, ни через других, например, посредством суда.

 Помни, что досадители царствия Божия не наследуют (1 Кор. 6, 10).

_________________

Авва Иоанн Колов говорил: если бесчестят тебя, не гневайся, будь миролюбив, и не воздавай злом за зло.

Брат спросил Авву Пимена: что значит воздавать злом за зло? Старец сказал: сия страсть обнаруживается четверояким образом: во-первых в сердце, во-вторых во взорах, в-третьих на языке, и в-четвертых в самом делании зла за зло. Если можешь очистить свое сердце, то зло не обнаружится во взорах; если же обнаружится во взорах, то берегись, чтобы не высказать зла; если же выскажешь, то скорей подави страсть, чтобы не сделать зла за зло.

Авва Исайя говорил: когда кто хочет воздать злом за зло, то и одним мановением может оскорбить совесть брата.

Авва Пимен говорил: Болши сея любве никтоже имать, да кто душу свою положит за други своя (Иоан. 15, 13). Если кто услышит худое, т.е. обидное слово, и хотя может сам отвечать подобным словом, но преодолеет себя и не скажет; или, если кто, будучи обманут, перенесет это, и не станет мстить обманщику: тот полагает душу свою за ближнего.

Авва Нил говорил: что ни сделаешь ты в отмщение брату, который оскорбил тебя, все это будет на сердце у тебя во время молитвы. Авва Форт говорил: пребывающие в Боге должны быть так благочестивы, что не должны и думать о какой — нибудь обиде, хотя бы тысячу раз случилось им быть обиженными.

Один брат, обиженный другим, пришел к Авве Сисою и говорит ему: такой-то брат обидел меня! Хочу отмстить за себя. Старец увещевал его и говорил: не мсти ему, сын мой, а лучше предоставь Богу дело отмщения. Брат сказал: не успокоюсь, пока не отомщу за себя. Тогда старец сказал: помолимся брат! Вставши, он так молился: Боже! мы не имеем более нужды в Твоем попечении о нас: мы сами хотим мстить за себя. Брат, услышав сие, пал к ногам старцаи сказал: не хочу более судиться с братом; прости меня, Авва!

Один старец пришел к Авве Ахиле, и видит: Авва изо рта своего выбрасывает кровь. Старец спросил его: отец, что это такое? Ахила отвечал: это — слово брата, оскорбившего меня; я старался ничего не говорить ему, молил Бога, чтобы слово оскорбления было взято у меня. И слово в устах моих сделалось подобно крови. Я выплюнул его и стал спокоен, забыв оскорбление.

   _______

V, 39     За зло плати добром, побеждай благим злое.

   1.  Тебя обижают другие, а ты терпи; тебя обижают, а ты сожалей о них, что грешат; тебя обижают, а ты мысли о благе их, нельзя ли их как сделать добрыми, и подавай им добрый пример словом и делом.

  2. Примечание.  Когда увидишь, что обидчика можно исправить или сделать добрым посредством одного лишь наказания его, что без сего он сделается еще худшим и будет делать другим вред, то из любви к нему и другим делай ему добро посредством наказания его, но не без совета, чтобы после не раскаиваться в неудаче.

     __________________________

 1. Авва Пимен говорил: зло никаким образом не истребляет зла; а потому ежели кто сделает тебе зло, ты делай ему добро, дабы добром истребить зло.

Мать Феодора спросила Папу Феофила (название папы часто присваивалось Александрийским Епископам, как почетное титло, что значит изречение Апостола: искупующе время (Колос. 4, 5)? Он отвечал ей: слова Апостола указывают на прибыль: тебе, напр. предстоит время поношения? искупи ты время поношения смирением и долготерпением, и так извлеки для себя прибыль. Предстоит тебе время бесчестья? опять искупи сие время терпением, и получишь прибыль. Таким образом, если захотим мы, все неприязненные действия будут служить нам в пользу.

Мать Феодора рассказывала: один благочестивый муж терпел от кого-то ругательство. Он говорит ругателю: мог бы и я отвечать тебе подобным, но закон Божий заграждает уста мои.

Брат, отправляясь на торг, спросил Авву Пимена: что ты присоветуешь мне делать? Будь другом того, кто тебя обидит, отвечал ему старец, и спокойно продавай свои вещи.

На горе Афонской жил один молчальник. Однажды напали на него разбойники. Старец закричал. Соседи его, услышав крик, схватили разбойников и отослали к правителю; сей посадил их в темницу. Но братья опечалились и говорили: разборгники преданы из-за нас. Пошли они к Авве Пимену и рассказали ему о случившемся. Авва написал к старцу такое письмо: размысли, откуда произошло первое предательство, — тогда увидишь, откуда и второе. Если бы прежде не было в тебе предательства внутреннего, то не сделал бы ты и второго. Выслушав это письмо Аввы Пимена, старец, который был славен во всей той стране, и никогда не выходил из своей кельи, — встав, пошел в город, вывел из темницы разбойников и пред всеми освободил  их.

Авва Римлянин рассказывал: один старец имел у себя доброго ученика, но по своему малодушию выгнал его из кельи, и выбросил ему милоть. Брат не отходил от кельи, и сидел за дверью. Старец, отворив дверь и нашедши его сидящим тут,  поклонился ему и сказал: отец мой! долготерпеливое смирение твое победило мое малодушие. Войди сюда и отныне ты будешь старшим, и отцом, а я младшим, и учеником.

Сказывали об Авве Иоанне Персиянине, что когда приступили к нему злодеи, он принес умывальницу, и просил позволить обмыть им ноги. Пристыженные сим злодеи начали просить у него прощения.

Пошел однажды Авва Ксанфий из Скита в Теренуф. Там, где он остановился, ради трудного подвига его, принесли ему немного вина. Некоторые же, услышав о нем, привели к нему бесноватаго. Демон начал поносить старца: к этому винопийце вы привели меня! — говорил он . Старец не хотел изгонять демона. Но за поношение его сказал ему: верую Христу, что я еще не успею выпить чаши сей, как ты выйдешь. И только что старец начал пить, демон вскричал: ты жжешь меня, жжешь меня! И старец еще не кончил чаши, как демон вышел по действию благодати Христовой.

2.  Авва Даниил рассказывал: когда Авва Арсений жил в Скиту, был там монах, который воровал у старцев корзины. Авва Арсений взял его к себе в келью, желая исправить его и успокоить старцев. Говорит он монаху: чего ты ни захочешь, я все тебе дам; только не воруй. И дал ему золота, денег, одежду, и все, что нужно было для него. Но монах ушел от него, и опять начал воровать. Старцы, видя, что он не перестал воровать, выгнали его. Они говорили: если найдется брат, который имеет грехи слабости, такого должно терпеть. Но если он будет воровать: то изгоните его, ибо он и душу свою губит и беспокоит всех живущих с ним.

    _______

V, 39.    Плати за зло добром так,

  что если кто тебя ударит в правую твою щеку, обрати ему и другую.

 Осрамит тебя или унизит кто-либо, ты, настроенный мыслью быть полезным ближнему, обращать грешника от заблуждения пути его, подай новый добрый пример смирения и унижения себя словом или делом.

 _______________________

   Авва Иоанн сидел однажды против церкви; братья окружили его и спрашивали о своих помыслах. Один из старцев, увидев это, и искушаемый завистью, говорит ему: сосуд у тебя, Иоанн, полон яда. Да, Авва, отвечает ему Иоанн, — и ты сказал это видя одну только наружность, а что бы сказал ты, если бы увидел внутренность!

Авва Даниил рассказывал: в Вавилоне у одного знатного человека была дочь, одержимая бесом. Отец ее любил одного монаха. Тот сказал ему: никто не может исцелить дочь твою, кроме пустынников, которых я знаю; но если ты будешь просить их, они не захотят этого сделать по своему смирению. А вот что мы сделаем: когда они прийдут на рынок, вы притворитесь, будто хотите купить у них корзины; и как прийдут получать деньги за них, то мы скажем им, чтобы они сотворили молитву, и надеюсь, что дочь твоя выздоровеет. И так они пошли на рынок и нашли одного из учеников сих старцев, который сидел и продавал их корзины. Взяли его с корзинами к себе, будто для того, чтобы отдать ему деньги за них. Когда монах вошел в дом, пришла бесноватая и дала ему пощечину. Монах, по заповеди Господа, обратил и другую ланиту. Демон, мучимый сим, вскричал: какая сила! Заповедь Иисуса изгоняет меня. Девица тотчас исцелилась. Когда же пришли старцы, им рассказали о случившемся. Они прославили Бога и говорили: гордость диавола обыкновенно низлагается смирением, по заповеди Христовой.

Пришли к Авве Антонию братья и говорят ему: дай нам наставление: как спастись? Старец отвечал им: вы слышали Писание? и сего довольно для вас. Но они сказали ему: мы и от тебя, отец, хотим что-нибудь услышать. Тогда старец сказал им: в Евангелии сказано: аще тя кто ударит в десную твою ланиту, обрати ему и другую. Они говорят ему: мы не можем сего сделать. Старец отвечает: если вы не можете подставлять другой, по крайней мере — переносите удар в одну. И этого не можем, говорят они. Если и этого не можете, отвечал старец, по крайней мере не платите ударом за удар. Братья сказали: и сего не можем. Тогда старец сказал ученику своему: приготовь им немного кашицы: они больны. Если вы одного не можете, а другого не хотите, то что я вам сделаю? Нужно молиться.

_______

V, 40.    Плати за зло добром так, что хотящему судиться с тобою 

             и верхнее платье твое взять, отдай и рубашку.                

 Хочет взять силой у тебя твое имущество кто-либо; ты настроенный мыслью быть полезным ближнему, обращать грешника от заблуждения пути его, подай ему добрый пример беспристрастия к временному имуществу, отдай ему чего он хочет, и отдай более, нежели хочет (если только сие не вредно для других), и отдай ему даже свою последнюю рубашку, когда увидишь, что твой добрый пример беспристрастия к временному спасет душу грешника от смерти, или может быть полезен множеству грешников.

    ____________________

   Рассказывали об Авве Макарии. В отсутствие его вошел к нему в келью разбойник. Макарий, возвратившись в келью, застал разбойника, который навьючивал на своего верблюда вещи его. Макарий вошел в келью, взял еще несколько вещей и вместе с разбойником клал их на верблюда. Когда же они навьючили, разбойник начал бить верблюда, побуждая встать, но вербюд не подымался. Авва Макарий, видя, что верблюд не встает, вошел в свою келью, нашел там маленький земледельческий инструментвынес его, и, кладя на верблюда, сказал: брат! вот чего дожидался верблюд, Потом, ударив верблюда ногой, сказал: встань! Верблюд по слову святого, тотчас встал, и немного отошел; потом опять лег, и уже не вставал до тех, пор, пока не сняли с него всех вещей. Тогда пошел он.

Однажды воры грабили Авву Евпрепия, он вместе с ними выносил свои вещи. Когда воры унесли все его имущество, но оставили свою палку, — Авва Евпрепий, увидев палку, опечалился, и взявши ее, побежал за ворами, желая отдать им палку. Когда же воры не хотели взять, опасаясь, чтобы чего не случилось, — Авва Евпрепий, встретившись с какими-то людьми, которые шли по той же дороге, упросил их отдать палку.

Авва Спиридон, пастырь овец, столько был свят, что удостоился быть пастырем людей; ибо в одном из Кипрских городов, именно в Тримифунте, он избран был в Епископы. Но по великому смирению своему, он, будучи Епископом, пас овец. Однажды в полночь воры тайно подошли к овчарне, чтобы украсть овец. Но Бог, хранящий пастыря, сохранил и овец. Воры невидимой силой были связаны у овчарни. На рассвете пришел к овцам пастырь, и увидев воров с связанными назад руками, узнал о случившемся. Сотворив молитву, Авва Спиридон развязывает воров. Потом долго убеждал и увещевал их, чтобы старались жить лучше честными трудами, чем воровством, и, подарив им одну овцу, отпустил их, сказав с любовью: чтобы не подумали, что вы даром стерегли овчарню.

Рассказывали об Авве Геласие. Имел он книгу в коже, стоящую восемнадцать златниц, в которой написан был весь Ветхий и Новый Завет. Книга лежала в церкви, чтобы мог, читать ее всякий желающий из братьев. Один брат, странник, пришел посетить старца, и увидав книгу, покусился на нее. Он украл ее и ушел. Старец, хотя и узнал об этом, не погнался за братом, чтобы взять его. Брат пришел в город и искал, кому бы продать книгу; и когда нашел человека, желающего купить ее, назначил ей цену в шестнадцать златниц. Желавший купить сказал брату: дай мне прежде ее, я узнаю о ней и тогда отдам тебе эту цену. Брат отдал книгу. Тот, взяв ее, пришел к Авве Геласию показать ему, и сказал о цене, какую назначил продавец. Старец говорит ему: купи эту книгу; она хороша и стоит назначенной цены. Но покупавший возвратясь сказал продавцу иначе, а не так, как говорил старец. Вот я, сказал он, показывал ее Авве Геласию, и он сказал мне: книга дорога; она не стоит назначенной тобою цены. Брат, услышав это, спросил: ничего тебе еще не говорил старец? — Ничего, отвечал тот. Тогда брат сказал: теперь уже не хочу продавать книгу. Мучимый совестью, он пошел к старцу, признался ему, и просил его взять книгу назад; но старец не хотел брать. Тогда брат говорит ему: если ты не возьмешь ее, я не буду иметь покоя. Старец отвечал: если не можешь быть покойным, то я беру книгу. Брат, получив назидание от поступка старца, жил с ним до самой кончины своей.

Пришли некогда к Авве Феодору три разбойника: двое держали его, а третий выносил пожитки его. Вынесши книги, разбойник хотел взять и левитон. Тогда старец говорит ему: это оставьте. Они не хотели. Старец, двинув своими руками, отбросил двух первых. Разбойники, увидев это, пришли в страх. Старец же говорит им: не бойтесь ничего, разделите все это на четыре части, и возьмите три себе, а одну оставьте мне. Так они и сделали. На его долю достался и левитон, который он надевал в церковь.

   _______

V, 41.    Плати за зло добром так,

    что если кто тебя принудит силой идти с ним одну версту, иди с ним две.

 Силой принудит тебя кто-либо для него трудиться, ты, настроенный мыслью быть полезным ближнему, обращать грешника от заблуждения пути его, подай ему добрый пример заповеданной любви к собратьям: с любовью потрудись в том деле, к которому он тебя принудит, и потрудись больше, чем сколько принудит (если только сие не вредно для других), и жизнь свою положи для него, когда увидишь, что сим спасешь душу грешника от смерти, или будешь полезен множеству грешников.

 _________________

Авва Макарий рассказывал о себе: когда я был молод, и жил в келье в Египте, взяли меня и сделали клириком в селе. Не желая быть клириком, я убежал в другое место. Сюда ходил ко мне, благочестивый мирянин, брал мое рукоделие, и доставлял мне нужное. По искушению диавольскому одна девица в селе том впала в любодеяние. Когда она зачала во чреве, спрашивали ее: кто виновник сего? Она отвечала: отшельник. Тогда пришли и взяли меня в село, навесили мне на шею закопченных горшков и ручек от посуды, и водили меня по улице, били и кричали: этот монах растлил нашу девицу; возьмите его, возьмите — и избили меня едва не до смерти. Подошел один старик и сказал: долго ли вам бить сего монаха — странника? — А мирянин, служивший мне, шел за мною весь в стыде; и его много ругали, говоря: вот отшельник, которого ты хвалил! Что он сделал! — А родители девицы говорили: мы не отпустим его, пока не представит нам поручителя, что будет кормить ее. Я попросил служившего мне мирянина и он поручился за меня. Возвратившись в свою келью, я отдал ему корзины, сколько имел их, и сказал: продай, и отдай жене моей на пропитание. И говорил самому себе: Макарий! вот нашел ты себе жену; теперь тебе надобно немного побольше работать, чтобы кормить ее. Работал я день и ночь и посылал ей. Когда же пришло время родить несчастной, то она много дней мучилась и не могла родить. Говорят ей, что это значит? Знаю я, отвечала она; я оклеветала отшельника, я ложно обвинила его.- Не он сделал это, а такой-то юноша! Тогда служивший мне мирянин пришел ко мне с радостью и сказал: та девица не могла родить, пока не призналась, что отшельник не виноват, и что она солгала на тебя. И вот все село с почестью хочет идти сюда, и просить у тебя прощения. — Услышав о сем, и убегая беспокойства от людей, я встал и убежал сюда,- в Скит. Вот первая причина, по которой я пришел сюда.

   _______

V, 42.    Просящему у тебя дай и хотящему у тебя взять взаймы не откажи. 

 »Одолжай и тех, от коих не надеешься получить обратно, одолжай ничесоже чающе»  (Лук. 6, 33, 35).

 ________________

Однажды Авва Агафон шел в город для продажи небольших сосудов, и находит на дороге прокаженного. Прокаженный спрашивает его: куда, идешь? Авва Агафон отвечает ему: в город, продавать сосуды. Прокаженный сказал ему: сделай милость снеси и меня туда! Старец поднял его и принес в город. Больной сказал: положи меня там, где ты будешь продавать сосуды. Старец сделал так. Когда он продал один сосуд, прокаженный спросил его: за сколько продал ты? За столько-то, отвечал старец. Больной сказал: купи мне пирог. Старец купил. Потом, продал другой сосуд. Больной опять спросил: этот за сколько? За столько-то, отвечал Агафон. Больной сказал: купи мне такой же пирог. Авва Агафон купил. Наконец, когда старец продал все сосуды и хотел идти назад, прокаженный спросил: ты идешь? Да, отвечал старец. Больной сказал ему. сделай милость, отнеси меня опять туда, где взял. Старец взял его и отнес на прежнее место его. И говорит ему тогда прокаженный: благословен ты, Агафон, от Господа на небе и на земле! Агафон посмотрел, — но уже никого не видел: ибо это был Ангел Господний, пришедший испытать его.

Один брат, увидев, что Авва Нистерой носил на себе две верхние одежды, спросил его: если прийдет нищий и попросит у тебя одежды, то какую ты отдашь ему? Старец отвечал: лучшую. Брат опять спросил: а если другой попросит у тебя, тому что дашь? Старец сказал: половину другой одежды. Брат еще спросил: а если кто еще попросит у тебя, ему что дашь? Старец сказал: раздеру остальное и дам ему половину, а из другой половины сделаю себе опоясанье. Наконец брат спросил: если кто попросит у тебя и опоясанье, тогда что сделаешь? Старец говорит: отдам ему остальное, а сам пойду куда-нибудь, и буду дожидаться, пока Бог пошлет мне одежду, и прикроет меня, а у другого ни у кого не попрошу. Некто из отцов рассказывал об Авве Иоанне Персиянине: однажды занял он у брата златницу, и купил льну для работы. Один брат пришел к нему с просьбой и говорил: дай мне Авва, немного льну, и я сделаю себе левитон. Авва дал ему с радостью. Также пришел и другой брат, и просил у него: дай мне несколько льну; я сделаю себе полотенце. Старец равно дал и этому. И кто только ни просил у него, всем одинаково давал с радостью.

Благочестивый Пиор работал у кого-то во время жатвы, и по окончании работы напомнил хозяину о плате. Но тот отложил плату до времени, и Авва возвратился в монастырь. В другой раз, когда настало время жатвы, Авва жал у него и работал весьма усердно, но опять ничего не получив, возвратился в монастырь. Также и в третье лето старец, окончив обычную работу у того же человека, ушел от него без всякой платы. Но когда Господь благословил дом того человека, у которого работал Пиор, он взял плату и ходил по монастырям, ища святого. Как скоро нашел его, упал к ногам его, и отдавая ему плату, говорил: Господь ущедрил меня. Старец велел отдать принесенное в церковь пресвитеру.

Достойно было удивления в Авве Персиянине, что если кто приходил к нему взять что-нибудь в долг, он не сам давал из своих рук, а говорил брату: пойди возьми себе что нужно. Когда взявший приносил долг, то старец говорил положи это опять на свое место. Если же не приносил, то старец и не напоминал ему о том.

   _______

V, 43-48.    Люби врагов своих,

благослови клянущих тебя, делай добро ненавидящим тебя, и

молись за обижающих и гонящих тебя.

  Люби искренне врагов своих, и доказывай любовь к ним соболезнованием о их несчастьях и деланием им всякого добра.

  Помни, что если будешь делать добро только любящим тебя, то Бог не будет милостив к тебе, ты лишишься благодати Его; ибо и язычники и грешники любят любящих их.

_____________________

   Рассказывал об Авве Мотие ученик его Авва Исаак. Старец построил сперва монастырь в Геракле. Удалившись отсюда, пришел он в другое место, и там построил еще монастырь. Но по действию диавола нашелся тут один брат, который враждовал на старца и оскорблял его. Старец встал и ушел в свое село, построил себе там еще монастырь и заключился в нем. Спустя несколько времени пришли к нему старцы того монастыря, из которого он удалился, взяли с собою брата, который огорчал его, пошли с тем, чтобы просить его возвратиться в их обитель. Когда они пришли к тому месту, где жил Авва Сорий, оставили близ оного свои милоти и брата, который огорчал старца. Как скоро они постучались, старец приставил небольшую лестницу, начал всматриваться, узнает их и спрашивает: где же ваши милоти? — Они отвечали: вон там- то и с таким — то братом. Старец, услышав, имя брата, который оскорблял его, обрадовался, взял топор, разломал двери и побежал туда, где был брат, первый поклонился ему, обнял его, и привел в свою келью. Целые три дня он делал им утешение, и сам разрешил с ними, чего прежде по обыкновению своему не делал. Наконец, встав, отправился вместе с ними в монастырь. После того он был Епископом.

   _______

VI,  1-4.    Когда творишь милостыню, не желай себе за сие славы от людей;

и сам не хвали себя в душе своей за милостыню,

не любуйся ею как своим будто собственным делом или произведением.

  Помни, что если будешь творить милостыню ради славы земной, то и получишь сию славу; а от Бога награды лишишься. Будешь скрывать милостыню свою от славы человеческой, прославишься от Бога.

 ______________________

   Авва Форт не от всех принимал подаяние, хотя лежал на одре болезни. Если кто принесет мне что-нибудь для меня,- говорил он, — а не для Бога, то мне нечем заплатить ему, и от Бога он не получит награды, потому что принес не для Бога, а таким образом принесшему делается обида.

Авва Феона, когда попросили у него бедные, отдал им хлебы, корзины и одежду, которую носил, и при всем том, осуждал себя за то, что не исполнил заповеди Божьей.

Авва Епифаний говорил: когда человек по бедности или для прибытка занимает у другого, то возвращая, хотя и изъявляет благодарность, но возвращает долг тайно, — как бы со стыдом. А Владыка — Бог напротив, взаем берет втайне, а воздает пред Ангелами, Архангелами и праведниками.

   _______                                                           

VI, 5-6.   Когда совершаешь молитву, не желай себе за сие славы от людей и не развлекайся

помыслами о чем бы то ни было стороннем во время молитвы.

             

 Помни, что если будешь молиться ради славы земной, то и получишь сию славу; а от Бога награды лишишься. Будешь скрываться от славы человеческой и не развлекаться какими-либо сторонними мыслями во время молитвы, прославишься от Бога.

____________________

Один брат спросил Авву Пимена: как должно мне жить в келье? Старец сказал: жить в келье со внешней стороны, значит — иметь рукоделие, есть однажды в день, молчать и быть рачительным, а со внутренней стороны для келейного преуспеяния надобно везде, где бы ни случилось быть тебе подавлять в себе недовольство; и не опускать часов общественной службы и келейных молитв. Если иногда случится тебе быть без рукоделия, то иди к службе и молись без рассеяния. Особенно держись доброго сообщества и удаляйся от сообщества худого.

Авва Евагрий говорил: много значит молиться без развлечения, а еще более петь без развлечения.

Авва Даниил сказывал, что Авва Арсений, когда приходил по временам в церковь, становился за столбом, чтобы никто не видел лица его, и чтобы самому также не смотреть на других.

   _______

VI,  7-8.   Молясь, не многословь.

 Молись много и долго, а духом непрестанно молись; но молясь, не рассеивайся в выражениях многоразличных желаний временного и земного. Проси у Бога того, чего Он Сам как нужного и полезного для нас заповедует нам просить у Него, и проси не столько голосом уст своих, сколько голосом сердца любящего, верующего, уповающего, во всем преданного.

________________________

      Авва Нил говорил: если ты хочешь молиться, как должно, не огор чай свою душу; иначе напрасно будешь подвизаться.

Некоторые спросили Авву Макария: как нам должно молиться? Старец отвечал им: не нужно многословить, но должно воздеть руки, и говорить: Господи! как Тебе угодно, и как знаешь, помилуй! Если же нападает искушение: Господи! помоги! — Он знает, что нам полезно и поступает с нами милосердно.

Авва Нил говорил: желай, чтобы с тобою сбывалось не то, чего тебе хочется, но что Богу угодно, и тогда ты будешь спокоен и благодарен в молитве своей.

Рассказывали об Авве Аммоне: пошел он однажды в пустыню почерпнуть из колодца воды, и, увидев василиска, пал на лицо свое и сказал: Господи! или я должен умереть, или он. И действием силы Христовой василиск тотчас расторгся.

Авва Епифаний говорил: женщина Хананейская кричит и услышана (Матф. 15, 22, и cл.); кровоточивая молчит, и ублажается (Матф. 9, 20 и cл.); фарисей взывает и осуждается; а мытарь два отверзает уста свои, и услышан (Лук. 18, и cл.).

   _______

VI, 9-15.    Молись молитвой Господнею,

которую Он даровал нам в образец всех прочих молитв.

  Молись так: Отче наш, Иже еси на небесах, да святится Имя Твое - и во мне и в других, в сердце, в помышлениях, в делах; да приидет царствие Твое — царство благодати и царство славы для меня и других: да будет воля Твоя яко на небеси и на земли - на всей земле во всем, всегда и везде, а не воля ваша человеческая, греховная и развращенная, и как исполняется на небе точно и скоро, так да будет и на земле исполняема мною и другими; хлеб наш насущный даждь нам днесь — хлеб духовный — Божье Слово и Господни Тело и Кровь для сохранения существования жизни духовной и хлеб телесный для сохранения существования жизни телесной; иостави нам долги наша якоже и мы оставляем должником нашим, - грехи исполнения и опущения, — с таким миром и любовию ко всем и к самым врагам, молись, чтобы быть услышанным: аще бо отпущаете человеком согрешения их, отпустит и вам Отец небесный, аще ли не отпущаете человеком согрешений их, ни Отец ваш отпустит вам согрешений ваших;и не введи нас во искушение — в грехи опущения и исполнения. Проси Бога о том, чтобы Он хранил тебя и других навсегда в благодати, не попустил когда-либо служить какому-либо греху; но избави нас от лукавого - от сатаны и греха, яко Твое есть царство и сила и слава во веки. Аминь.

   __________________________

     Авва Моисей говорил: если дела не согласны с молитвой, напрасно и трудится человек. Брат спросил старца: что значить согласие дел с молитвой? Он отвечал: не делать нам того, в чем просим прощения у Бога; ибо когда человек отвращается своего пожелания, тогда Бог примиряется с ним и принимает молитву его.

Он же говорил: ежели человек в своем сердце не сознает себя грешником, — Бог не услышит его. Брат спросил его: что из этого, если человек в сердце своем сознает себя грешником? Старец отвечал: кто чувствует тяжесть своих грехов, тот не смотрит на грехи ближнего своего.

Авва Зенон сказал: кто хочет, чтобы Бог скоро услышал молитву его, тот, когда станет пред Богом и прострет руки свои к Нему, прежде всего, даже прежде молитвы о душе своей должен от всего сердца молиться о врагах своих. За сие доброе дело Бог услышит его, о чем бы он ни молился.

Авва Нил говорил: молитва есть плод кротости и незлобия.

Он же говорил: если будешь любомудрствовать в терпении, то от сего вкусишь плод во время молитвы.

   _______

VI, 16-18.   Когда совершаешь пост, не желай себе за сие славы от людей,

являйся Богу постящимся, а не людям.

                        

Не кажись людям постящимся. Постясь, умасти душу свою пред Богом делами любви и милосердия, омой сердце свое пред Ним слезами.

Помни, что если будешь поститься ради славы земной, то и получишь сию славу, а от Бога награды лишишься. Будешь скрываться от славы человеческой, а иметь в виду одну славу Божью, прославишься от Бога.

       __________________________

   Авва Лонгин сказал Авве Лукию: я хочу поститься. Авва Лукий отвечал: Пророк Исайя сказал: аще слячеши, яко серп выю твою ниже тако наречете пост приятен (Ис. 58,6).

Некогда Авва Силуан и ученик его Захария пришли в один монастырь, где упросили их вкусить немного пищи на дорогу. Когда вышли они из монастыря, ученик Аввы увидел воду на дороге и хотел пить. Старец говорить ему: Захария, ныне пост! Разве мы, отец, не ели? отвечал ученик. Ели, но это было дело любви, — сказал старец; а теперь, сын мой, должны мы соблюсти пост свой.

Некогда в Скиту дано было братьям повеление: поститесь во всю эту неделю. По случаю, в это самое время пришли к Авве Моисею братья из Египта. Старец сварил для них немного кашицы. Соседи, увидев дым, сказали клирикам: вот Моисей нарушил повеление, — и варил у себя кашицу. Клирики отвечали: когда прийдет, мы скажем ему об этом. Когда наступила суббота, клирики, зная высокую жизнь Аввы Моисея, сказали ему пред всем народом: Авва Моисей! ты нарушил заповедь человеческую исполнил заповедь Божью.

Когда Авва Сисой жил в горе Аввы Антония, посетил его Авва Аделфий епископ Никопольсий. Авва Аделфий и бывшие с ним уже собрались в обратный путь; но Авва Сисой убедил их на дорогу вкусить пищи утром. А это было во время поста. Когда предложили трапезу, — вот стучатся в дверь братья. Авва Сисой сказал ученику своему: дай им немного кашицы: они устали. Оставь это, сказал ему Авва Аделфий, чтоб не сказали, что Авва Сисой ест с утра. Старец, выслушав его, сказал брату: пойди и дай им. Братья, увидев кашицу, спросили: нет ли у вас странников, и старец не ест ли вместе с вами? — Да, отвечал им брат. Они стали скорбеть и говорили: да простит вам Бог, что вы заставили старца теперь вкусить пищи! Или вы не знаете, что за это он много дней будет изнурять себя? Услышав о сем, Епископ поклонился старцу и говорит: прости меня, Авва, я помыслил человеческое, а ты сделал, как Бог велит. Авва Сисой отвечает ему: если Бог не прославит человека- то слава человеческая ничто.

Некто Евлогий, ученик блаженного Иоанна Епископа, пресвитер и великий подвижник, постился по два дня, а иногда продолжал пост и по целой неделе, вкушая только хлеб с солью, и был прославляем людьми. Он пришел к Авве Иосифу в Панефос, надеясь увидеть у него еще большую строгость в жизни. Старец принял его с радостью и предложил в утешение все, что имел. Но ученики Евлогия говорят: пресвитер кроме хлеба с солью ничего не ест. Авва же Иосиф ел молча. В продолжение трех дней не слышали, чтобы Авва Иосиф и ученики его пели или молились. Ибо они это делали тайно. Евлогий и ученики его пошли, не получив никакой пользы. По устроению Божью сделалась тьма, и они, заблудившись, воротились к старцу. Прежде нежели постучались, они услышали, что Авва Иосиф и ученики его поют. Долго простояв, наконец постучались. Они прервали псалмопение и приняли их с радостью. Ученики Евлогия, так как был сильный жар, налили в сосуд воды, и подали ему. Вода эта смешана была из морской и речной, и Евлогий не мог пить. Размышляя сам с собою, пал он к ногам старца, желая научиться образу жизни его, и говорил ему: Авва, что это значить: прежде вы не пели, но теперь, когда мы ушли, стали петь? и взяв сосуд, я нашел в нем соленую воду? Старец отвечал ему: брат глуп, и по ошибке примешал морской воды. Евлогий продолжал просить старца, желая узнать истину. Старец сказал ему: та малая чаша вина была чашей любви, а это — вода, которую всегда пьют братья. И научил его различать помыслы, и отсек от него все человеческое. Евлогий сделался снисходителен, и в последствии ел все предлагаемое (Лук. 10, 8); научился и сам делать втайне, и сказал наконец старцу: подлинно ваше делание есть истинное.

Говорили, что в одном селении некто много постился, так, что прозвали его постником. Услышав о нем, Авва Зенон позвал его к себе.

Тот с радостью пришел к нему. Помолившись, они сели. Старец начал работать молча. Постник, не находя о чем говорить с ним, начал сильно скучать, и наконец говорит старцу: помолись о мне, Авва! я хочу идти домой. Зачем? спросил его старец. Он отвечал: у меня сердце будто в огне, и я не знаю, что с ним делается; когда был я в селении, постился до самого вечера, и никогда не случалось со мною подобного. Старец говорит ему: в селении ты сыт был слухом; но теперь ступай, и с сего времени принимай пищу в девятом часу; а если что делаешь, делай тайно. Когда постник начал так делать, то уже с болезнью ожидал девятого часа. Знавшие его говорили: постник одержим бесом. Когда он пришел к старцу и рассказал ему обо всем, — сей отвечал ему: такой путь угоден Богу!

Брат спросил Авву Матоя: что мне делать, если в день поста, или на рассвете, прийдет ко мне брат? Это беспокоит меня — Старец отвечал ему: если ты без смущения совести ешь с братом своим, хорошо делаешь; ежели же никого не ожидаешь к себе и ешь — в этом уже твоя воля.

Авва Кассиан рассказывал: пришли мы к одному старцу, и он предложил нам пищу. Мы были сыты, а он упрашивал нас еще поесть, и когда я сказал: не могу, — старец отвечал: шесть раз предлагал я трапезу приходящим братьям, и угощая каждого ел вместе с ним; но и теперь еще голоден. А ты однажды поел, и так уже сыт, что не можешь есть более:

Тот же Авва рассказывал: некогда пришли мы, я и св. Герман, в Египет к одному старцу; и, когда он принял нас с любовью, мы спросили его: почему вы, принимая чужестранных братии, нарушаете правило поста, соблюдаемое у нас в Палестине? Старец отвечал: пост всегда со мною, а с вами не могу быть всегда. Пост хотя полезен и необходим, однако он в нашей воле; а исполнение дел любви необходимо требуется законом Божиим. В лице вашем принимая Самого Христа, я должен служить вам со всем усердием. А упущение против правил поста могу вознаградить, когда отпущу вас. Ибо не могут сыново брачний, дондеже жених с ними есть, поститися. Егда же отымется от них жених, и тогда, по праву, постятся (Марк. 2, 19. 20. Матф. 9,15).

Авва Исидор пресвитер говорил: если подвизаетесь в посте, как должно, — не гордитесь. Если же тщеславитесь сим, то лучше ешьте мясо. Ибо не так вредно для человека есть мясо, как гордиться и надмеваться.

   _______

VI, 19-24.    Не будь тщеславен.            

 Не ищи себе славы от людей ни в чем. Лучше люби бесчестье, только бы сие не от грехов происходило. Если же слава и честь от. людей настигают тебя, то не прилепляйся к ним сердцем, а держи его в будущем своем отечестве.

 Помни, что утешения земные, если будешь любить и искать их, уменьшают и даже уничтожают награду на небе. И как о чести и славе земной, так и о всех других земных благах рассуждай: земное тленно, непостоянно и похищается смертью — одно только небесное неувядаемо, неокрадываемо и вечно; если стану искать утешения в сокровищах земных, то на земле буду жить сердцем, помрачу ум свой, и дам волю темным страстям своим, оставлю служение истинное Богу: никтоже может двема господинома работати, либо единаго возлюбит, другаго же возненавидит, или единого держится,о друзем же нерадити начнет. Не мо жете Богу работати и мамоне.

_______________________

Брат пришел к Авве Макарию Египетскому, и говорит ему: Авва! дай мне наставление, как спастись? — Старец сказал ему: пойди на кладбище и ругай мертвых. Брат пошел, ругал их и бросал на них камни. Возвратясь, он сказал о том старцу. Старец спрашивает его: ничего они не говорили тебе? — Ничего, отвечал он. Старец еще сказал ему: завтра пойди опять, и хвали их. Брат пошел и хвалил мертвых, говоря: Апостолы, святые, праведные! Потом пришел к старцу и сказал: я восхвалял их. Старец спросил:  ничего не отвечали они тебе? Брат сказал: ничего. Старец говорит ему: видишь, сколько ты ни поносил их, они ничего  не отвечали тебе, и сколько ни хвалил их, ничего не сказали тебе. Так и ты, если хочешь спастись, будь мертв; подобно мертвым не думай ни об обидах от людей, ни о славе людской; и можешь спастись.

Авва Матой рассказывал: пришли три старца к Авве Пафнутию, которого звали Кефалою и просили у него наставления. Старец спросил их: какого наставления вы желаете от меня — для духа или для плоти? Для духа; отвечали ему. Старец дал им такое наставление: пойдите, любите скорбь более спокойствия, бесчестье более славы, более любите давать, нежели принимать.

Авва Силуан говорил: горе тому человеку, у которого имя знаменитее дел его.

Авва Ор говорил: кого хвалят или почитают не по достоинству, тот терпит великий вред; а кто не получает никаких похвал от людей, тот прославится на небесах.

Об Авве Памво рассказывали, что он три года молился Богу и говорил: не дай мне славы на земле. Но Бог так прославил, его, что никто не мог смотреть на лицо его по причине блеска, который он имел на лице своем.

Авва Иоанн Колов рассказывал: один старец, исполненный Духа, сделался затворником и был знаменит в городе и имел великую славу. Ему было открыто: вот один из святых скоро разрешится от тела: пойди, простись с ним прежде, нежели он почиет. Старец размышлял сам в себе: если выйду днем, то соберется народ, много будет молвы обо мне и после я не найду покоя. И так я пойду вечером, в сумерках, и никто не увидит меня. Он вышел из кельи вечером, думая укрыться. И вот, два Ангела со светильниками посланы от Бога светить ему. И потом весь город сбежался смотреть славу его. И чем более он хотел убегать славы, тем более прославлялся. Здесь исполняется слово Писания: всяк смиряли себе вознесется (Лук. 14, 11).

Некто из Святых, именем Филагрий, живя в пустыне Иерусалимской, прилежно занимался работою и тем снискивал себе пропитание. Однажды, когда он стоял на рынке, и продавал свое рукоделие, кто-то уронил кошелек с тысячью монет. Старец, нашедши его, остановился на том же месте говоря: конечно, потерявший воротится. И вот потерявший идет и плачет. Старец отвел его в сторону, и отдал ему кошелек. Тот ухватил старца и хотел дать ему что-нибудь из денег; но Авва не принял. Тогда потерявший начал кричать: посмотрите, что сделал человек Божий! Но старец уже скрылся и вышел из города, не желая прославиться.

Однажды, стоя в церкви. Авва Иоанн Колов вздохнул, не зная, что кто-то есть позади его; а как узнал, поклонившись сказал: прости мне, Авва! я не выучил еще и начальных правил.

Авва Тифой некогда сидел в своей келье, а брат стоял близ него. Авва, не видя его, вздохнул. Не заметил он брата близ себя потому, что был в восхищении. Но после Авва поклонился брату, и сказал: прости меня, брат! Еще не сделался я монахом, потому что вздохнул при тебе.

Авва Даниил рассказывал: пришли мы однажды к Авве Пимену и обедали с ним. После стола он сказал нам: пойдите, братья, отдохните немного. Братья пошли немного отдохнуть; а я остался, чтобы поговорить с ним наедине, и пошел в его келью. Но он как скоро увидел, что я иду к нему, лег, будто хотел спать. Таково было правило у старца — делать все в тайне.

Пришли некоторые к Авве Сисою, чтобы получить от него наставление; но он ничего не говорил им, а только повторял одно: простите меня! Увидев его корзинки, они спросили ученика его Авраама: что вы делаете с этими корзинками? — Употребляем их туда и сюда — отвечал он. Услышав сие, старец прибавил: и Сисой ест то из той, то из другой. Слова сии сделали на них благое впечатление, и они пошли от него с радостью, назидаясь его смирением.

Петр, пресвитер Диосский, когда бывал на общественной молитве, то хотя его и принуждали стоять впереди всех, из уважения к его священству, он по смирению всегда становился позади других, исповедуя грехи свои, как написано об этом в жизни Аввы Антония. Это делал он никого не оскорбляя.

Рассказывали об Авве Петре и Авве Епимахе. Они были друзьями в Раифе. Однажды когда за обедом, в собрании их принуждали идти к столу старцев, — с большим принуждением пошел туда один Авва Петр. Когда встали из-за стола, Авва Епимах сказал ему: как ты осмелился идти за стол старцев? Авва Петр отвечал: если бы я сидел с вами, то братья стали бы просить меня, чтобы я, как старец, благословлял первый, и был бы я между вами, как старший; а когда пришел я к старцам, то стал меньше всех и помышлял о себе смиреннее.

Об Авве Макарие рассказывали: если к нему приходил брат с благоговением, как к старцу святому и великому он ничего не говорил с ним. Если же кто из братьев спрашивал его, — будто без всякого уважения к нему, напр. Авва! когда ты смотрел за верблюдами, воровал селитру и продавал ее, не били ли тебя сторожа? Если кто так говорил ему, тому он с радостью отвечал — о чем бы тот ни спрашивал его.

Авва Петр рассказывал: Авва Макарий просто обходился со всеми братьями. Некоторые говорили ему: для чего ты так ведешь себя? Авва Макарий отвечал: двенадцать лет служил я Господу моему, чтобы даровал Он мне благодать сию; а вы советуете мне оставить ее!

Авва Аммой спросил Авву Исайю еще в начале их подвижничества: как смотришь на меня? Исайя отвечал ему: как на Ангела, отче! Потом, спустя довольно времени, опять спросил: как ныне смотришь на меня? — Как на сатану, отвечал Исайя. Если скажешь ты мне и доброе слово, но для меня оно как меч.

Однажды отцам нужно было послать десять братьев к Императору за каким-то делом. Вместе с другими они избрали и одного брата — доброго подвижника и благолепного по наружности, но крайне бедного. Услышав об этом, он пал пред отцами и сказал: ради Господа простите мне: я раб одного из тамошних, сильного человека. Если он узнает меня, то принудит оставить монашество, и опять возьмет в услужение себе. Отцы поверили и оставили его. Но после от одного человека, которому хорошо был известен сей брат, отцы узнали, что он в мире был правителем Претории, но скрыл это, чтоб не быть узнанным и не терпеть беспокойства от людей. — Так отцы старались убегать славы и удовольствий мира сего!

В одно время местный правитель взял под суд кого-то из села Аввы Пимена. Жители селения все пришли просить старца, чтобы он пошел и освободил ученика. Авва сказал им: оставьте меня на три дня и тогда пойду. В продолжение сего времени Авва Пимен так молился Богу: Господи! не дай мне этой милости: иначемне не дадут жить в этом месте! После сего старец пошел просить начальника; но тот сказал ему: Авва, ты просишь за разбойника! Старец обрадовался, что не получил от него милости.

Один светский начальник пришел видеть Авву Симона. Авва, услышав об этом, опоясался и влез на финиковое дерево, чтобы очистить его. Пришедшие кричали ему: старец! где живет отшельник? Здесь нет отшельника, отвечал Авва. Получив такой ответ, они удалились.

В другое время пришел иной начальник посмотреть на Симона. Клирики предварили Авву, и сказали ему: Авва, приготовься: один начальник, услышав о тебе, идет принять от тебя благословение. Хорошо, я приготовлюсь, — сказал Симон. Надев на себя кентон (платье, сшитое из многих разноцветных лоскутков) и взяв в руки хлеб с сыром, Авва сел у двери и ел. Начальник пришел со своею свитой. Увидев старца, пришедшие посмотрели на него с презрением и говорили: это-то отшельник, о котором мы слышали — и тотчас удалились.

Один из отцов рассказывал об Авве Феодоре Фермейском: пришел я однажды к нему вечером и застал его одетыми в разодранный леви-тон: грудь его была обнажена и кукуль лежал перед ним. В то время пришел какой-то сановник видеть его. Когда он постучался, старец вышел отворить ему и, встретивши его, сел в дверях, чтобы поговорить с ним. Я взял конец мафория и прикрыл его плечи; но старец протянул руку и бросил его. Когда сановник ушел, я сказал ему: Авва! что ты это Сделал? Человек приходил к тебе за назиданием, а не за тем, чтобы соблазниться. Старец отвечает мне: что ты мне говоришь, Авва! ужели мы доныне служим людям? Мы сделали, что нужно, а прочее нас не касается. Кто ищет назидания, пусть назидается; кто хочет соблазняться, пусть соблазняется. Я буду встречать людей так, как меня застанут. — И приказал ученику своему: если кто прийдет желая видеть меня, не говори ему что-нибудь, как бывает у людей: но если я ем, говори: он ест; если сплю, говори: спит.

Областной правитель, слышав об Авве Моисее, пришел однажды в Скит, чтобы видеть его. Сказали об этом старцу: он встал и побежал к болоту. Встретившиеся с ним спрашивают его: скажи нам, старец, где келья Аввы Моисея? Авва отвечал им: чего вы хотите от него? он глупый человек. — Правитель когда пришел в церковь, сказал клирикам: я слышал о делах Аввы Моисея, и пришел видеть его. И вот встретился с нами старец на дороге в Египет, мы спросили у него: где келья Аввы Моисея? А он отвечал нам: чего вы хотите от него? он глупый человек. Выслушав это, клирики опечалились. Они спросили: каков по виду этот старец, который так поносил святого? Им отвечали: старец был в ветхой одежде, высокий и черный. Тогда клирики сказали: это сам Авва Моисей. Он говорил так, не желая встретиться с вами. Правитель возвратился, получив большую пользу.

Одна женщина, имевшая в груди болезнь, так называемую рак, зная по слуху об Авве Лонгине, искала случая видеть, его. Он жил в Александрии к западу в девяти милях. Когда женщина пришла искать его, блаженный Лонгин собирал дрова на берегу моря. Увидев его, и не зная, что это сам Лонгин, спросила его: Авва! где живет Авва Лонгин, раб Божий? Старец сказал ей: чего ты хочешь от этого обманщика? не ходи к нему. Он обманщик. Какое у тебя дело к нему? Женщина открыла ему болезнь свою. — Авва Лонгин перекрестил больное место и отпустил ее, сказав: ступай, Бог исцелит тебя, а Лонгин ничем не может помочь тебе. Женщина поверила слову старца, пошла и тотчас исцелилась. После того, рассказывая некоторым об этом деле, и описывая признаки старца, — она узнает, что исцелитель ее есть сам Авва Лонгин.

Некоторые говорили об Авве Антонии, что он был прозорливец, но, избегая молвы людской, не хотел разглашать о сем; ибо говорили, что он открывает и настоящие и будущие события.

Один бесноватый пришел некогда в Скит; а о нем была молитва в церкви, но бес не выходил, ибо свиреп был. Клирики говорили между собою: что нам делать с этим демоном? Никто не может изгнать его кроме Аввы Виссариона; но если для сего будем звать его в церковь, он не пойдет. Вот что сделаем: он ходит в церковь прежде всех; посадим больного на его место, и когда Авва Виссарион взойдет, мы станем на молитву, а ему скажем: Авва! разбуди и брата. Так и сделали. Когда старец пришел по утру, они стали на молитву, а ему сказали: разбуди и брата. Старец сказал брату: встань! пойди вон, — и тотчас вышел из него бес, и с того времени больной стал здоров.

Шел один мирянин с сыном своим к Авве Сисою в гору Аввы Антония. На пути сын его умер. Отец не смутился, но с верой принес его к старцу, и пал пред ним с сыном, будто кланяясь ему, чтобы получить от него благословение. Отец встал, оставив сына у ног старца, а сам вышел вон из кельи. Старец, думая, что сын еще кланяется ему, говорит отроку встань и пойди вон; — ибо не знал, что он был мертв. Умерший тотчас встал и вышел. Отец, увидев его, изумился, и при-шедши к старцу, поклонился ему и рассказал, в чем дело. Старец, выслушав, опечалился, ибо не хотел этого. Ученик же его запретил мирянину кому-либо сказывать об этом до самой смерти старца.

Говорили об Авве Арсении и Авве Феодоре Фермейском, что они более всего ненавидели славу человеческую. Почему Авва Арсений редко показывался кому-либо; а Авва Феодор, хотя и показывался людям, но был для них мечем.

Авва Пимен сказывал: один брат спросил Авву Памво: хорошо ли хвалить ближнего? Памво отвечал ему: а молчать еще лучше.

   _______

VI, 19-24.   Не будь любостяжателен.

 

1.  Не люби приобретать себе ненужных или лишних вещей.

2.  Если богатство течет к тебе, тоне прилагай к нему сердца, а держи его в будущем своем отечестве.

3.  Управляй своим имением с таким равнодушием, что как бы не имел оного; посему делай всевозможные дела любви и милосердия, и если что потеряешь, или чего лишишься через отнятие другими, нисколько не огорчайся.

4.  Если хочешь быть совершенным, и имеешь силу пребывать в произвольной нищете и лишениях, то возлюби сию нищету и лишения.

      ______________________

1.  Рассказывали об Авве Хоме, что он, умирая, сказал сыновьям своим: не живите вместе с еретиками, не знакомьтесь с людьми знаменитыми, не простирайте рук ваших, чтобы собирать, но охотнее простирайте руки ваши, чтобы раздавать.

Спросили Авву Исайю: что есть сребролюбие? Он отвечал: неверие Богу в том, что Он печется о тебе, ненадеение на обетование Божье, и любовь к гибельным удовольствиям.

Авва Исидор Пелусиот сказал: ужасная страсть корыстолюбия, на все дерзая и ни в чем не зная сытости, увлекает обладаемую ею душу в глубину зол. Посему будем изгонять сию страсть в самом ее начале. — Ибо, усилившись, она становится непобедимой.

Авва Исидор пресвитер говорил: если любишь царство небесное, презирай богатство, и ищи воздаяния Божья.

Мать Синклитикия говорила: собирающие земное богатство, подвергаясь трудам и опасностям на море, хотя бы и много приобрели, желают еще большого, за ничто почитают то, что имеют, и стремятся к тому, чего не имеют. А мы, руководясь страхом Божьим, ничего такого приобретать не желаем, хотя бы не имели и необходимого.

Брат просил Авву Серапиона: дай мне наставление. Что могу я тебе сказать? отвечал Авва. Разве то, что ты взял имущество вдов и сирот, и положил его на этом окне. А пред глазами старца было окно, заваленное книгами.

2. Рассказывали об одном старце Фиваидском Авве Антиане. В юности своей он много подвизался, но в старости ослабел и ослеп. По причине его болезни братья много доставляли ему утешения, и даже клали ему в рот пищу, Однажды спросили они Авву Аио: что будет за это многое утешение? Он отвечает им: уверяю вас, что если сердце его желает сего утешения, и охотно принимает, то, если он съест и один финик, Бог уменьшает за оный награду за труд его. Если же сердце его не желает утешения и он неохотно приемлет утешение, то Бог сохраняет труд его целым, потому что его принуждают против воли. А братья получат награду.

Рассказывали об Авве Геласии, что он еще с юности проводил бедную и пустынническую жизнь. В это же время и в тех же местах весьма многие вели с ним одинаковую жизнь. Между ними был один старец самый простой и бедный, который жил до смерти своей в уединенной келье, хотя в старости своей имел учеников. Он до конца жизни соблюдал то подвижническое правило, чтобы не иметь двух хитонов и не заботиться со своими учениками о завтрашнем дне. Когда Авва Геласий, при помощи Божьей, устроил общежительную Обитель, жертвовали ему большими полями, и заводил он также для нужд общежития рабочий скот и волов: ибо тот, кто древле внушил св. Пахомию устроить общежительную Обитель, помогал и Авве Геласию во всем устроении монастыря. Вышеупомянутый старец, искренне любящий Геласия, видя его в сих заботах, сказал ему: боюсь, Авва Геласий, как бы ум твой не прилепился к полям и прочему имуществу общежития. Авва Геласий отвечал ему: скорее ум твой прилепится к шилу, которым ты работаешь, нежели ум Геласия — стяжаниям.

  3. Авве Антонию открыто было в пустыне: есть в городе некто подобный тебе, искусством врач, который избытки свои отдает нуждающимся и ежедневно поет с Ангелами Трисвятое.

Двое из отцов просили Бога открыть им, в какую они пришли меру; и был им голос с неба: в таком-то селении Египетском есть один мирянин, по имени Евхарист и жена его называется Марией. Вы еще не пришли в меру их. Два старца, собравшись, пошли в селение, спросили об них; и нашли келью Евхариста, и в ней жену его. Где муж твой? спросили они ее. Она отвечала: он пастух и пасет овец. И приняла их в келью свою. Вечером возвратился Евхарист с овцами. Увидев старцев, он приготовил им трапезу, и принес воды обмыть ноги их. Старцы говорят ему: не вкусим ничего, пока ты не расскажешь нам о своей жизни. Евхарист с смирением только и говорил им: я пастух, а это жена моя. Старцы продолжали просить его, но он не хотел говорить. Тогда старцы сказали: Бог послал нас к тебе. Услышав слово сие, Евхарист убоялся, и начал рассказывать им: вот овец сих мы получили от своих родителей, и если по милости Божьей бывает какой прибыток от них, делим их на три части: одну для бедных, другую для странников, а третью для собственного употребления. С того времени, как взял я себе жену, мы не осквернялись, и она доселе дева. Каждый из нас спит особо; по ночам, носим мы власяницы, а днем свои одежды. До сих пор об этом не знал еще ни один человек.

Авва Евпрепий говорил: все плотское есть брение. Кто любит мир, тот любит преткновения. Посему, если иногда случится нам что-нибудь потерять, то должны принимать это с радостью и благодарностью, освобождаясь через то от забот.

  4. Сокровище монаха, говорил Авва Иперехий, есть произвольная нищета. Брат, собирай себе сокровище на небесах: ибо будешь наслаждаться им в беспредельные веки.

Авва Андрей говорил: монаху приличны сии три подвига, странничество, бедность и молчание в терпении.

Спросили однажды блаженную Синклитикию: произвольная нищета есть ли совершенное благо? Она отвечала: да! Она совершенное благо для имеющих силу пребывать в ней. Ибо живущие в нищете, хотя и имеют скорбь во плоти, но спокойны духом. Чтобы вымыть твердое платье, надо мять его и сильно выжимать; так и крепкая душа через произвольную нищету еще более укрепляется.

Авва Нил говорил: иди, продай имение твое, и раздай нищим, возьми крест, и отвергнись самого себя, дабы мог ты молиться без развлечения.

Авва Макарий говорил: если для тебя поношение как похвала, бедность — как богатство, недостаток — как изобилие, ты не умрешь. Ибо не может быть, чтобы правоверующий и подвизающийся в благочестии впал в нечистоту страстей и демонское обольщение.

Один брат спросил Авву Пимена: я получил наследство, что мне с ним делать? Старец говорит ему: ступай и прийди ко мне через три дня; тогда скажу тебе. Брат пришел в в назначенное время, и старец сказал ему: что сказать тебе, брат? Если скажу тебе, — отдай свое наследство в братскую трапезу, — там делают вечери; если скажу, — отдай родственникам , — за это не получишь никакой награды. Если же скажу,- отдай нищим, — ты оставишь это без внимания. И так делай, что хочешь. Мне до этого дела нет.

Авва Макарий, находясь в Египте, застал однажды вора с мулом, который грабил имущество его. Старец, как бы посторонний, подо-гаедши к вору, на.вьючивал вместе с ним мула, и с совершенным без: молвием выпроводив его, сказал: ничто же внесохом в мир сей, яве, яко ниже изнести что можем (1 Тим. 4, 7). Господь даде, Господь отъят: яко Господеви изволися, тако и бысть (Иов. 1, 21) Благословен Господь во всем!

Авва Кассиан сказывал: один сенатор, отказавшись от мира и раздав свое имение бедным, оставил некоторую часть для собственного употребления; ибо не хотел смирить себя до совершенного отречения и точного подчинения общежительному правилу. Св. Василий изрек ему такое слово: ты и сенатором перестал быть и монахом не сделался.

Один брат, отказавшись от мира и раздав свое имение нищим, оставил несколько для собственного употребления и пришел к Авве Антонию. Старец узнав о том, сказал ему: если ты хочешь быть монахом, то иди в такое-то село, купи мяса, обложи им нагое тело свое, и так прийди сюда. Когда брат это сделал, то собаки и птицы терзали тело его. По возвращении к старцу сей спросил: исполнил ли он его совет? Брат показал ему израненное тело свое. Святой Антоний сказал ему: так нападают демоны и терзают тех, которые, отрекшись мира, хотят иметь деньги.

Авва Иоанн из Келлий рассказывал: была в Египте одна блудница, прекрасная собой и очень богатая: к ней ходили люди знатные. В один день пришла она в церковь, и хотела войти в нее; но иподиакон, стоявший у дверей, не допустил ее, говоря: ты не достойна войти в дом Божий, потому что ты нечиста. Они начали спорить. Епископ, услышав шум, вышел. Блудница сказала ему. иподиакон не пускает меня в церковь. Епископ отвечал ей: нельзя тебе войти, потому что ты нечиста. Пораженная сим блудница говорит ему: я не стану блудодействовать. Тогда Епископ сказал ей: если ты принесешь сюда свое имение, тогда поверю, что ты не будешь грешить. Когда блудница принесла свое имущество, Епископ взял и бросил его в огонь. После того блудница со слезами вошла в церковь и сказала: ежели здесь так поступили со мной, то что буду терпеть там? Она раскаялась и сделалась сосудом избранным.

Авва Феодор Фермейский имел у себя три хорошие книги. Пошел он к Авве Макарию и говорит ему: вот у меня есть три хорошие книги, и сам я получаю от них пользу, и братья употребляют их и получают назидание. Скажи, что мне полезнее сделать? оставить ли их у себя для собственной пользы и для пользы братьев, или продать их и полученное раздать нищим? Старец сказал в ответ: первое хорошо, но нестяжательность всего лучше. Услышав это, Феодор пошел и продал книги, а деньги раздал нищим.

Рассказывал Авва Кассиан: один монах удалился в пустыню и жил в пещере. Родные его по плоти дали знать, что отец его тяжко болен и скоро умрет — и говорили ему: приходи за наследством после отца. Монах отвечал им: я еще прежде него умер для мира, а мертвый не наследник живого.

Авва Даниил рассказывал об Авве Арсении: пришел некогда к нему чиновник и принес ему завещание одного сенатора, родственника Арсения, который оставил ему очень большое наследство. Арсений, взяв завещание, хотел разодрать оное. Но чиновник пал к ногам его и говорил: прошу тебя, не раздирай завещания; иначе с меня голову снимут. Тогда Авва Арсений сказал ему: он умер только теперь, а я умер еще прежде его.

И отослал завещание, не приняв ничего.

Рассказывали об Авве Аммое: однажды заготовил он пятьдесят мер пшеницы для своего употребления и высыпал ее на солнце. Но прежде нежели она хорошо высохла, увидел он что-то невыгодное для себя на том месте, и говорит ученикам своим: уйдем отсюда. Они весьма опечалились. Видя печаль их, он сказал им: ужели вы о хлебах печалитесь? Уверяю вас, — я видел таких людей, которые убежали, оставив крашенные шкафы с пергаментными книгами, даже и дверей не заперли, но ушли, оставив их отверстыми.

Рассказывали об Авве Агафоне: он с учениками своими довольно долгое время строил келью. Когда выстроили они келью, перешли в нее жить. Но в первую же неделю Авва Агафон увидел здесь для себя что-то вредное, и сказал ученикам своим: встаньте, пойдем отселе. Ученики очень смутились и сказали: если ты имел намерение перейти отселе, то для чего мы столько трудились, строив келью? Да и люди будут соблазняться нами; станут говорить: вот эти непоседы опять ушли! Видя их малодушие, Агафон говорит им: хотя и соблазнятся некоторые, но другие получат назидание, и скажут: блаженны люди сии; ибо ради Бога переселились и все презрели. Впрочем пусть идет, кто хочет идти, я теперь же ухожу. Тогда ученики поверглись на землю, умоляя его, доколе не получили позволения идти вместе с ним.

Сказывали об Авве Метефее: когда выходил он из своей кельи, и приходило ему на мысль оставить свое местопребывание, уже не возвращался в свою келью; потому что не имел ничего у себя из вещей житейских, кроме одного шила, которым раскалывал ветви. Каждый день он срабатывал по три корзинки, за которые добывал пищу.

Рассказывали, что Авва Агафон часто переселялся из одного места в другое, имея в сумке только свой ножичек.

Ученики Аввы Виссариона рассказывали, что жизнь его была подобна жизни какой-нибудь воздушной птицы, или рыбы, или земных животных: ибо он все время жизни своей провел без смущения и без забот. Не озабочивало его попечение о доме, не овладевало, кажется, его душой: ни желание иметь поля, ни жажда удовольствий, ни приобретение жилищ, ни переноска книг; но весь всецело являлся свободным от телесных забот, питаясь надеждой будущего и утвердившись оградой веры. Он, подобно пленнику, терпел то здесь, то там; терпел холод и наготу, опаляем был жаром солнца, всегда находясь на открытом воздухе. Он, как беглец, укрывался на скалах пустынных, и часто любил носиться по обширной и необитаемой песчаной стране, как бы по морю. Если случалось ему приходить в места такие, где ведут жизнь однообразную по уставу киновий, он садился у ворот, плакал и рыдал, как бы пловец после кораблекрушения, выброшенный на берег. Иногда кто-нибудь из братьев находил его сидящим тут подобно нищему, скитающемуся по миру; и, приближаясь к нему, с сожалением говорил ему. что ты плачешь? Если нуждаешься в необходимом, то дадим тебе, сколько можем, только войди к нам, раздели с нами трапезу, подкрепись. Авва Виссарион отвечал: не могу оставаться под кровлей, пока не найду имущества своего. Я, говорил он, различным образом лишился великого имущества. Я и попался морским разбойникам, и потерпел кораблекрушение, и лишился славы своего рода, из знатных сделался незнатным. Если же брат, прослезившись при его словах, уходил и приносил ему кусок хлеба и подавая говорил: прими это, отец, а прочее возвратит тебе Бог, по словам твоим, отечество, славу рода и богатство, о котором ты сказываешь; то старец еще более плакал, и громко рыдал, приговаривая: не умею сказать, могу ли я найти, чего, потеряв, ищу. Но могу еще более потерпеть, каждый день находясь в смертных опасностях, и не имея покоя от безмерных моих бедствий; ибо мне надобно совершить течение жизни среди непрестанного блуждания.

Однажды Авва Арсений занемог, в Скиту, и не было у него даже рубашки для перемены. Не имея, на что купить ее, он принял от кого-то милостыню и сказал: благодарю Тебя, Господи, что удостоил меня принять милостыню во имя Твое!

Авва Даниил сказывал: Авва Арсений, приближаясь к смерти завещал нам: не заботьтесь делать по мне вечери любви. Ибо если я приготовил для себя сию вечерю, то найду ее. Когда приблизилась кончина его, ученики его пришли в смятение. А он говорит им: еще не настал час; когда же настанет, скажу вам; но я буду судиться с вами на страшном суде, если вы отдадите кому-либо останки мои. Они сказали: что же нам будет делать? Мы не знаем, как похоронить тебя. Старец отвечал им: уже ли не знаете, как привязать к ноге моей веревку и тащить меня на гору. Он оставил мне