3.3. Беседа 3 (17)

БЕСЕДА  17

Почему Христос начинает Свое учение не с заповеди о единобожии. — Какое пожелание запрещает Христос. — Почему запрещается страстное воззрение на женщину. — Обличение женщин, любящих наряды. — Должно удаляться от соблазняющих, хотя бы и близких людей. — Почему закон дозволял давать разводную. — Почему запрещается брак с отпущенной. — Ограничение свободы развода.  —  Запрещение клятвы. — Для исполняющего заповеди Христовы не может быть нужды в клятве. — Почему развод и клятва допущены были в Ветхом завете. — Одно и то же, смотря по времени, может быть и хорошим и нехорошим. — От человека Новом завете требуется высшее совершенство, чем в Ветхом. — Как можно отстать от привычки клясться.

___________________________ 

Вы слышали, что сказано древним: не прелюбодействуй. А Я говорю вам, что всякий, кто смотрит на женщинус вожделением, уже прелюбодействовал с ней в своем сердце 

(Мф. 5,27-28).

   1. Раскрыв во всей полноте первую заповедь и возведши ее к высшему началу духовной жизни, Спаситель, в порядке постепенности, переходит затем и ко второй заповеди, следуя и в этом случае порядку заповедей древнего закона. Но, быть может, кто скажет, что это не вторая, а третья заповедь. Да и сама заповедь «не убей» не есть первая. Первая заповедь – Господь, твой Бог, есть Господь един». В виду этого можно спросить: почему Спаситель начал Свое учение не с этой заповеди? Итак, почему же? Потому, что если бы начал с первой заповеди, Ему надлежало бы ее раскрыть с большей полнотой, а следовательно пришлось бы говорить и о Себе самом. Между тем предлагать подробное учение о Себе самом было еще не время. Кроме того, до известного времени Он предлагал только нравственное учение, желая и Своими наставлениями, и Своими чудесами наперед убедить слушателей, что Он есть Сын Божий. В противном случае, если бы Он прежде чем преподать нравственное учение и совершить чудеса, сказал: «вы слышали, что было сказано древним: Я Господь, твой Бог, и кроме Меня нет другого Бога; а Я говорю вам, что и Мне должны воздавать такое же поклонение, как Ему», то Он всех бы заставил смотреть на Себя, как на беснующегося. Если и после Его проповеди и многих знамений называли Его беснующимся, когда Он говорил о Своем богоравенстве даже прикровенно, то чего бы не сказали, чего бы не выдумали, если бы Он в самом начале решился сказать что-либо о Себе самом, как о Боге? Между тем, сохранив учение о Своем божестве до удобного времени, Он тем самым для многих сделал это учение удобоприемлемым. Вот почему Спаситель теперь и умолчал о нем. Он сперва расположил к нему слушателей знамениями и высочайшим нравственным учением, а потом уже и на словах открыто выразил его. Итак, теперь Он открывает его мало-помалу – совершением знамений и самым образом учения. Предписывая заповеди и восполняя закон с божественной властью, Он тем самым постепенно возводил внимательного и благоразумного слушателя и к уразумению догмата о Своем божестве. Евангелист говорит, что слушатели дивились Его учению, потому что Он учил не как их книжники (Мф.7,29; Мк.1,22). Итак, начав с наших главных страстей, то есть с гнева и пожелания (поскольку эти страсти сильнее в нас действуют и более других свойственны нам, Спаситель с великой властью, подобающей законодателю, исправил понятие о них и со всей точностью определил их сущность. В самом деле, Он не сказал, что только любодей наказывается; но что Он сказал касательно «убивающего», то же говорит и здесь, назначая наказание и за любострастный взор, чтобы показать, в чем состоит превосходство Его перед книжниками. «Всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, – говорит Он, – уже прелюбодействовал с ней в сердце своем», то есть кто привык засматриваться на телесную красоту, уловлять прелестные взоры, услаждать таким зрелищем свою душу и не сводить глаз с миловидных лиц, тот уже любодействует. Христос пришел избавить от злых дел не только тело, но еще более душу. Так как благодать Святого Духа мы принимаем в сердце, то Спаситель прежде всего его и очищает. Но как, скажешь, возможно освободиться от пожелания? Если только захотим, то очень возможно и его умертвить и сделать недействительным. Впрочем, Христос запрещает здесь не всякое пожелание, но пожелание, рождающееся в нас от воззрения на женщин. Кто любит смотреть на красивые лица, тот больше всего сам возжигает в себе пламя страсти, и делая душу пленницей страсти, затем скоро приступает и к совершению пожелания. Потому-то Христос и не сказал: «кто желает прелюбодействовать», но – «кто смотрит с вожделением». Когда Он говорил о гневе, то делал некоторое ограничение словом «напрасно». А говоря о пожелании, не употребил подобного ограничения, но всецело воспретил пожелание, – хотя гнев и пожелание равно нам врожденны и не без цели находятся в нас, именно – гнев для того, чтобы нам наказывать злых и исправлять беспорядочно ведущих себя, а пожелание для того, чтобы нам рождать детей и таким образом преемственно сохранять наш род.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>